Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Прикладная математика?

— В общем, да…

— Так это она тебя ножом приложила? — усмехнулся Ерема. — Или приклала?

— Приложила. И не математика!

— А кто?

— Я же говорю, случайно все вышло.

— Отвали! — махнул рукой Ерема.

Утомил его «пряник», отпал интерес к нему. Из разных они миров, нет между ними точек соприкосновения.

Он уже засыпал, когда открылась дверь и в палату вошла девушка с ярким искрящимся взглядом. Как будто солнце из-за темных туч выглянуло, согрев и возбудив холодную, вялотекущую кровь. Светло-русые волосы, длинные с изломом брови, изящный носик, губы бантиком, кожа лица, шеи нежная.

Но все это всего лишь красивые мазки вокруг главного — больших красивых глаз. У Еремы вдруг пересохло горло, и сердце, ухнув куда-то вниз, вернулось на место и шумно заколотилось. Платье на ней светло-серое под цвет глаз, белый халат, наброшенный на плечи, босоножки на среднем каблуке, ножки такие стройные, аж дух захватывает.

Блондинка заметила, какими глазами смотрит на нее Ерема, но не рассердилась, напротив, ее душевная улыбка стала еще ярче и теплей.

— Привет!

Ереме показалось, что девушка поздоровалась с ним, и кровь прилила к голове. Возникло ощущение антигравитации, когда тело подвисает в воздухе.

Но девушка обращалась к Кириллу. Кровь отхлынула от головы, тело резко потяжелело, в ушах зашумело, когда она, склонившись над этим «пряником», поцеловала его в губы. Не в щеку, а именно в губы. Нет, Ерема понимал, Кирилл парень в общем-то симпатичный, правильные черты лица, высокий, спортивный, он мог влюбить в себя красивую девушку.

Но почему так чертовски повезло какому-то чмошнику?

— Как ты? — спросила она, вынимая из пакета бутылку «Боржоми».

— Да хорошо все, завтра уже подниматься разрешат.

— Не рано?

— Да там ничего серьезного, — Кирилл говорил тихо, но Ерема хорошо его слышал.

— Ну, хорошо. — Девушка разгрузила пакет, села на краешек кровати, по-хозяйски накрыв рукой коленку счастливчика.

А рука у нее красивая, пальцы просто произведение искусств.

И в профиль она так же хороша, как в анфас. А любоваться Ерема мог только ее профилем, поскольку девушка совершенно не обращала на него внимания. Как будто его здесь и не было. Но ведь он здесь. И уже по уши влюблен в это небесное создание!.. От волнения и чувства обделенности у Еремы мелко дрожали пальцы рук. Ощущал он и неприятную слабость в ногах.

— Да нормально, — вздохнул Кирилл.

— Все будет хорошо! — Блондинка с нежностью провела пальцами по его предплечью.