Выздоравливал Андрей тяжело, несколько дней провел в забытьи. Но симптомов, описанных юным эскулапом со «Скорой», не было. Наконец Крапивину стало легче, он встал на ноги, начал работать.
И вот теперь он, не прикасающийся несколько месяцев к бутылке, завел речь о привидении.
Глава 26
На расспросы Геннадия и Алины хозяин квартиры с большой неохотой признался:
– Я сегодня своего отца увидел. Привез выполненный заказ в фирму, где сейчас работаю, вошел в кабинет шефа и обомлел: за столом папа сидит. Он совсем не изменился, улыбался по-прежнему.
Как всегда, в костюме с галстуком. И сказал: «Привет, Андрюша!» Я сначала офигел, потом ответил: «Здравствуй, па. Только… ты же умер». Он захохотал: «Да вот вернулся. Услышал, что тебе плохо, и хочу помочь. Можешь ничего о себе не рассказывать, я все знаю. Принес тебе, сынок, лекарство от водки». И большую красную таблетку показал. Я стою, моргаю, руки-ноги вроде как веревками стянуло, ладони вспотели. Отец снова заговорил: «Принеси воды из кулера, что в коридоре стоит.
Примешь пилюлю и навсегда от алкоголизма исцелишься». А я гляжу и понимаю: губы у него не шевелятся, голос не извне идет, прямо в моих ушах рождается. Папа умный, сразу понял – сын в шоке и улыбнулся: «Ступай, не бойся. Услышал Господь твои молитвы, решил помощь тебе послать. Надо лекарство проглотить. Если съешь, сегодня вечером домой приду и тебя с собой заберу». Я возьми да и спроси: «Куда заберешь?» Отец удивился: «Неужто не понятно? К нам с мамой. Здесь хорошо, тихо, птицы поют.
Но сначала надо всем рассказать, что в тюрьме случилось. Выйти на площадь и прокричать». Тут мне словно под колени доской стукнуло и ноги подкосились. Открываю глаза – сижу на полу, рядом начальник, трясет меня: «Вам плохо? Что случилось?» Я у него спросил: «Где Эдуард Семенович? Он тут за столом сидел». А шеф в ответ: «У нас не работает человек с таким именем. Вы хорошо себя чувствуете?» Тут я про таблетку вспомнил, подумал, что уронил ее, давай искать. Но не нашел.
Получил за заказ деньги, приехал домой, выпил травяного чаю и слышу – шаги в квартире, кашель. Но не папин. Значит, это он пришел, не отец!
– Кто? – спросил Гена.
– Он обещал, если мы проболтаемся и правду расскажем, глаза выколоть, язык отрезать. Он может, он все может, ему большая власть над людьми дана… Я боюсь! Он пришел! Потому я и спрятался.
Крапивин зарыдал."
"Алина с Геной уложили больного в кровать. Да, похоже, у него осложнение после гриппа.
