Мужчина у камина казался мне обманчиво спокойным, и я не понимала, как притом что он, по его словам, будучи злым на меня, подарил этот невероятно дорогой подарок, что сейчас грузом лежал на груди. К чему был этот танец, что вскружил мне голову и позднее — признание в карете о своем интересе и симпатии? Я совершенно ничего не понимала и меня удивили слова опекуна о том, что я, якобы помогла убежать его брату."
"— Мой брат не всегда был таким, — заговорил Финч. — В детстве он был спокойным ребенком, хотя всегда сторонился веселых игр и других детей.
Уже в юном возрасте Эдвард стал проявлять интерес к черной магии, а в частности, к призыву мертвых, и тогда отец понял, что в нашей семье появился потенциальный некромант. В то время как я осваивал азы огненной магии в академии, младший брат учился на кошках и собаках, которым не посчастливилось иногда забрести во двор замка. Он убивал их, а после возвращал к жизни. Но все оживленные существа были неуправляемыми, дикими и злобными и отцу порой приходилось уничтожать творения своего отпрыска.
Эдварда пытались заинтересовать учебой, но он ни к чему не стремился, все его интересы сводились к одному — трупы и все способы их оживления. Когда Эдвард стал подрастать, он перестал удовлетворять свои уроки только животными и из ближайших к Каслроку деревушек начали пропадать люди, в основном старики и нищие. Отец сперва пытался остановить его уговорами, но когда это не помогло, а убийства продолжались, отцу пришлось применить силу. Убить собственного сына он попросту не мог, но и справиться с ним оказалось невозможным.
Не с силой отца. А потому он был вынужден обратиться за помощью к одной очень сильной волшебнице, и она сделала так, что Каслрок стал темницей для Эдварда. Но эта волшебница что-то напутала в своем заклинании, и из-за нее весь наш род превратился в заложников для собственного дома. Но и это не самая большая ее вина... Сейчас я думаю, что она сделала это неслучайно, — мужчина осекся, — но я не о том веду речь.
Я охнула.
— Теперь вы понимаете, кого выпустили? — Финч повернулся ко мне. — Замок сдерживал его, отнимая все силы, но потом появились вы, с вашим даром, и по своей глупости позволили ему выпить вашу силу и выбраться из часовни.
— Я не знала, — проговорила я, — он заманил меня. Я попала в часовню через какой-то подземный ход, что вел из заброшенного зала Каслрока.
— Я знаю, — кивнул Финч, — Отис признался во всем, когда я немного надавил на его совесть.
