Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И когда Николас уехал, чтобы организовать все для свадьбы, а Дуглесс осталась с разбитым от горя сердцем, они испытывали к ней сочувствие. Однако прошло уже несколько дней, а Дуглесс все не переставала плакать, и симпатии к ней поубавилось. В беседах друг с другом они уже спрашивали: да что же, собственно, хорошего в этой женщине? Леди Маргарет оделила Дуглесс всем на свете, а чем она ее отблагодарила? И где те новые забавы и песни, которыми, должна была развлекать их эта Дуглесс?!

На четвертые сутки леди Маргарет призвала Дуглесс к себе.

Ослабевшая от непрерывного поста и бесконечного слезоизлияния, Дуглесс стояла перед леди Маргарет понурив голову. Вся физиономия у нее опухла и покраснела, а щеки были мокры от слез.

Некоторое время, глядя на Дуглесс и прислушиваясь к ее тихим всхлипываниям, леди Маргарет хранила молчание, но затем распорядилась:

— Ну-ка, прекратите немедленно! Я устала от вашего плача!

— Не могу, — запинаясь проговорила Дуглесс.

— Похоже, я просто не в силах остановиться!

Скорчив в ответ гримасу, леди Маргарет сказала:

— Да что же вы, совсем бесхарактерны, что ли?! Ведь мой сын, как дурак, вбил себе в голову, что любит вас!

— С этим я согласна, — промычала Дуглесс, — я его недостойна!

Тут леди Маргарет села и погладила Дуглесс по голове.

Она слишком хороша знала своего младшего сына, знала, что слезы этой женщины просто разорвут его чрезмерно мягкое сердце! Ведь Николас уже сам начал думать, что не может исполнить свой долг и вступить в брак с женщиной из рода Калпинов! И ежели он, воротясь домой, обнаружит, что эта странная рыжеволосая девка без конца рыдает из-за любви к нему, то как же тогда будет с предстоящей свадьбой?! Она, леди Маргарет, всегда могла найти разумный подход к Киту, но Николас, как и его отец, был упрям.

Она, разумеется, не думает, что Николас возьмет да и сотворит такое, но как все-таки быть, если он, увидев по возвращении красные глаза этой Дуглесс, вдруг попытается отказаться от женитьбы?!"

"Леди Маргарет продолжала глядеть на склоненную перед нею головку.