Веришь? — поднимает на меня глаза. — В Нижнем мире тоже есть удивительные великодушные люди, — осторожно киваю. Может, и есть. Мне до Кесседи, встречать таких не приходилось. — Он научил меня драться, разводить огонь из подручных материалов… Научил не просто выживать, а показал, как остаться человеком. Как вставать каждое утро и жить, когда хочется сдохнуть… Через пару лет я стал его правой рукой. Мы подбирали беспризорников и принимали в свою банду. Грабили заводы, но не трогали мирных жителей. Выживали, как могли… А потом к нам прибился Коэн, — вздрагиваю.
Вот оно! — Он хотел власти. Не понимал, почему нельзя насиловать женщин, ведь раньше он всегда так делал, почему нельзя лишний раз убивать… Фред прожил у нас около года. Периодически собирал возле себя единомышленников, проповедуя, что жизнь одна и нужно брать от нее все. Кто не с нами, тот против нас. И прочее. А однажды Джек и Фред сильно повздорили. Не знаю, о чем. Я спрашивал, но Джек сказал, что незачем мне об это мараться.
А на утро Фред ушел, а вместе с ним большая часть банды, — кажется, теперь я понимаю, как вышло так, что Коэн отметился в Верхнем мире, а Кесседи при этом не присутствовал. — А потом Фред вернулся. Один.
— Полгода назад, — шепчу, но Райан прекрасно слышит.
— Да, — подтверждает. — Полгода назад. И стал претендовать на главенство. Вызвал Джека на бой. Бой до смерти. Победителю — банда.
— Зачем он согласился? — не понимаю. — И почему ты не помог?
Кесседи невесело усмехается.
— Ты “сверху”, как и я.
Нам не понять. Но у тех, кто родился здесь, свои законы. Понятия. Джек сказал, что главаря должны уважать. И если он прикажет убить Фреда, он потеряет статус. И Джек согласился на бой, — затягивается поглубже и выпускает в небо облачко дыма. — Я был против. Уговаривал, настаивал, орал. Но Джек все решил. Он принял вызов. Это было дело чести. Когда мы говорили с ним в последний раз, он попросил меня, чем бы все ни закончилось, не уходить, не бросать банду, сохранить то, что от нее осталось.
Потому что, если Фред дорвется до власти, он развалит все. Я обещал. Джек проиграл. У него была травма, нога почти не гнулась. Возможно, поэтому. Может, потому что Коэн играл нечестно. Не знаю. Они ушли вдвоем, а вернулся один Фред.
Я все еще не понимаю.
— Но ведь ты тоже мог вызвать Коэна. Убить его.
Райан бросает на меня взгляд."
"— Хотел, — признается. — Даже собирался. Но мы среди тех, кто живет по понятиям Нижнего мира.