Исключение составляли лишь продукты с жестко заданной рецептурой, например тот сэлли, который был настроен выдавать его «куб» всякий раз, если в приемной зоне появлялась рука, а параметры желаемого блюда или напитка не были заданы…
Ликоэль заказал «кубу» воду. Обыкновенную воду. И одним глотком осушил появившийся в области доставки стакан. Первые несколько мгновений ничего не происходило, затем где-то в районе паха зародилась теплая волна, медленно, но неуклонно начавшая распространяться по всему телу – вниз, по ногам, и вверх, по животу и груди.
И почти одновременно Ликоэль почувствовал, что его развезло… Такое он впервые испытал, когда трое инструкторов пригласили его и остальных Вооруженных, как они выразились, «отметить появление на этой планетке еще одного настоящего мужика». Это произошло вечером того же дня, когда ему вручили боевой нож. Тогда Ликоэль едва не сблеванул, хватив жуткого, вонючего и жгущего нёбо и язык напитка, который инструктор сержант Банг назвал «вполне приличный бурбон».
Впрочем, это случилось (вернее, чуть не случилось) только в первый раз и во многом от неожиданности – ну не приходилось ни ему, ни кому бы то ни было из остальных киольцев до сего момента глотать столь тошнотворное пойло… Все остальные «разы» он свой глоток принимал как и подобает бойцу, принадлежащему к касте Вооруженных. Так вот, именно тогда он и поймал это ощущение осоловелости, которому еще не знал названия, – спустя некоторое время мастер этак поплыл, глупо заулыбался, притих, и инструктор старший лейтенант Воробьев впервые за все время дружески хлопнул его по плечу и насмешливо объявил: «Ну, осоловел парень.
Совсем развезло с непривычки-то…»
Однако сейчас Ликоэль не почувствовал того обжигающего вкуса «вполне приличного бурбона». Значит, диагностическая система «куба» своими способами пыталась привести его в то же состояние, в которое приводил «вполне приличный бурбон».
И это означало, что, вспомнив рассказы про лечебные эффекты того пойла, он сможет прикинуть, что с ним происходит сейчас. Но голова работала слабо, что, впрочем, полностью соответствовало, так сказать, типичной клинической картине. Поэтому мастер заказал себе еще один стакан воды, на всякий случай, и, выхлебав его, вернулся в спальню, где рухнул рядом с Интенель и забылся тяжелым сном.
