Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Поэтому я позволяю ему любить его сводную сестру, и сама способствую этому.

– Хм-м… дальше.

– Что дальше?

– Про семью твою знать хочу.

– Ну… мама, папа, сестра.

– С ними живёшь?

– Точно не маньяк? – нахмуриваюсь. – Такие вопросы… странные.

– Боже, Настя! – неожиданно начинает смеяться. – Ты чудо, честное слово! Рассказывай уже.

– Нет!

– Ладно. Тогда я расскажу, а потом ты мне.

Как-то всё подозрительно.

Он… он меня пугает сейчас! Гораздо сильнее, чем когда говорил, что он маньяк.

– Мой отец воевал почти всю свою жизнь.

Как пошёл в армию служить, так и не смог бросить. Дослужился до майора. В двадцать девять познакомился с моей тридцатилетней матерью, – а дальше продолжает говорить с такой теплотой в голосе, которой может позавидовать каждый родитель. – Она у меня была обычным хирургом, но личная жизнь не сложилась на гражданке, и она решила стать военным хирургом. Чтобы никогда не влюбляться и забыть слово «любовь», – на его губах расцветает улыбка. – Отец сразу в неё влюбился, и поженились они через неделю, хотя мама была против.

Он её украл и чуть ли не насильно заставил под венцом «да» сказать. Но… их брак, я считаю, был самым крепким и счастливым из тех, которые я знаю. Были ссоры, но отец умел мириться, даже когда мать не хотела. Он у меня стратег ещё тот был. А через два года у них я появился. Родители так и продолжили трудиться на границе. Отец воевал, мать лечила, я бедокурил. Потом отца ранили серьёзно, и мы в мои пятнадцать переехали в Петербург. Там у отца боевой друг был, и тот обещал помочь нам обустроится.

Вот такая история моей семьи.

– То есть ты с самого рождения был в самом эпицентре войны?

– Нет, – мотает головой. – Мать после моего рождения в госпиталь военный устроилась, и мы квартиру неподалёку от штаба отца сняли. Отец приезжал к нам чуть ли не каждую неделю. Воспитывал меня, матери помогал, мне ремня всыпал, если требовалось. В общем, всё старик успевал.

– И всё же это сложно для ребёнка, по моему мнению. Жить рядом с местом, где люди гибнут. А сейчас твои родители где? В Питере остались?

– Предались клятве.

Жили счастливо и умерли в один день, – делает очередной глоток. – К сожалению…

– Мне жаль, – искреннее произношу. – Мои родители, слава богу, живы и здоровы. Спасибо богу за это!

– Видишься с ними часто? – спрашивает и я киваю. – Завидую.

– Часто видимся. Мы живём в одной квартире. С младшей сестрой.

– Повезло. Я бы всё отдал за возможность увидеть своих родителей и дядю, – вздыхает и залпом допивает всё.