Тишков со всей доступной активностью не только пропагандирует саму концепцию конструктивизма, но и критикует сторонников естественно-научного подхода к теме. Он пишет:
«Среди основных подходов, которые оказывают влияние на интерпретацию этнического феномена, можно выделить два: примордиалистский[99] и конструктивистский (здесь и далее выделено мной. — А. С.). Первая из научных традиций восходит к идеям немецкого романтизма XIX в. и к позитивистской традиции обществознания.
Ее сторонники рассматривают этничность как объективную данность, своего рода изначальную (примордиалистскую) характеристику человечества. Для примордиалистов существуют и как бы совершают свой независимый от субъективного восприятия путь некие объективные общности с присущими им чертами в виде территории, языка, осознаваемого членства и даже общего психического склада. В своей крайней форме этот подход рассматривает этничность в категориях социобиологии как „расширенную форму родственного отбора и связи“, как изначальный инстинктивный импульс.
Некоторые формулируют точку зрения, что осознание групповой принадлежности как бы заложено в генетическом коде и является продуктом ранней человеческой эволюции, когда способность распознавать членов родственной группы была необходима для выживания…
В чем суть этого [конструктивистского] подхода, который мы пытаемся ввести в наш академический дискурс в течение ряда последних лет?
Мы рассматриваем порождаемое на основе историко-генетической дифференциации культур этническое чувство и формулируемые в его контексте мифы, представления и доктрины как интеллектуальный конструкт.
Это есть результат целенаправленных усилий верхушечного слоя „профессиональных производителей объективированных представлений о социальном мире и методов этой объективизации“ (П. Бурдье). „Профессионалы представлений“ — это прежде всего писатели, ученые, политики, умственную продукцию которых оказалось впервые возможным транслировать на массовый уровень с распространением печатного слова и образования.
Именно по этой причине сама идея нации и так называемое национальное сознание (или самосознание), будучи интеллектуальным продуктом западной элиты, распространялись по миру почти синхронно с процессами модернизации».