Тогда он протянул свою грязную руку и потрогал золотые косы Иниги, на губах его появилась злая усмешка. Я все, все видел из моего укрытия!» Ты предала меня, Хатиба!«— вскричал он. Она же отвечала с достоинством:» Видно, ты недостаточно сильно любил, чтобы бороться за меня, когда на твоих глазах отец мой отдавал меня другому! Мой долг — носить и рожать супругу детей, Али Хассан!«Ох, госпожа моя Зейнаб, эти слова привели Али Хассапа в сущее бешенство! Он оторвал, наконец, Хатибу от госпожи Иниги, намотал ее волосы на руку и одним взмахом кинжала перерезал ей горло.
Хлынула кровь, обагрив одежды Иниги и платье самого Али Хассана. Бедная госпожа Инига окаменела от ужаса, ведь на ее глазах убиты были муж, мать, вся семья… Она стояла беспомощная, не в силах даже закричать — а этот дьявол сорвал с нее одежду и вынес ее вон, а дружки его прихватили уцелевших молодых рабынь. Все это время, показавшееся мне вечностью, я прождал в кабинете, прижимая к груди малютку, сына госпожи Иниги. Я слышал, как эта разнузданная орда разгуливала по всему дому, хватая все, что попадалось им на пути, — но вот все стихло.
Наконец, я выбрался из своего укрытия. Измученный малыш уснул, хвала Аллаху, — и потому не видел разгрома, учиненного негодяями в доме. Али Хассан и его люди уже к тому времени покинули дом. Они ускакали на жеребцах из княжеских конюшен — причем брали лишь лучших животных, могу добавить… С маленьким Маликом на руках я побежал прямо к главе городского совета и рассказал ему все. Женщины взяли у меня дитя, а я вернулся в дом в сопровождении членов совета.
Вид ужасающего разгрома буквально потряс их. Тотчас был послан гонец в Себту к господину Кариму. К тому времени, как он воротился, мы уже схоронили мертвых, смыли отовсюду кровь… Но все же ржавые пятна остались на дворовых плитах… Когда Кариму поведали о разыгравшейся тут трагедии, он словно оцепенел. Никакими силами мы не могли вернуть его к жизни.
Он ничего не ест. Практически не спит. Просто сидит, уставясь в одну точку.
— А городской совет послал гонца к калифу… — заключила Зейнаб.
Она еще не вполне осознала, сколь ужасная трагедия обрушилась на ее возлюбленного Карима. — А Инигу… Инигу нашли, Мустафа? Наверняка ведь послали воинов вдогонку Али Хассану!
— Злодейское убийство семьи Карима — далеко не первое на совести этого бандита. Он умертвил и Гуссейн-ибн-Гуссейна с семьей. Он среди горцев слывет самым могущественным и жестокосердым. В Малике нет армии… До , недавнего времени в ней просто не было нужды.
