В столице изготовление двигателей ставилось на поток, именно отсюда поступали разнообразные моторы на корабельные верфи, на автозаводы, на летное производство. Именно здесь, в Петербурге, на таком сложном и большом производстве проходили практику молодые учащиеся технических училищ. Сюда приезжали на учебу инженеры и мастера с американской части страны, где планировали вскоре выстроить свой аналогичный завод. Именно на моторостроительном заводе получали свой первый рабочий опыт лучшие технические кадры страны.
Не на оружейном производстве учить молодежь, в самом деле, и не на кораблестроительном. Именно на Петербургском моторном, как кратко называли первый моторостроительный завод, получали путевку в рабочую жизнь почти все инженеры и рабочие, проходившие учебу в столице. Потому что самые передовые методы обработки деталей и самая лучшая организация технологического процесса была именно в Петербурге.
На новейших станках и прессах, приводимых в действие электричеством, изготавливались две трети деталей для будущих двигателей, самые сложные и точные.
Литейное производство было вынесено за пределы столицы, за полсотни верст от Петербурга. Там из слитков, доставляемых с материковой части Новороссии, отливали будущие карбюраторы, корпуса двигателей, заготовки для поршней и цилиндров и многие остальные полуфабрикаты. Все это доставляли по чугунке в столицу, на Петербургский моторный, где обрабатывали на «чистовую» и передавали в сборочные цеха. Именно сборочные цеха любили показывать гостям столицы наместник и министр промышленности.
Там не было возможности гостям покалечиться, сунув руку в станок, как в токарных и прессовых цехах. А быстрые и точные движения рабочих, на глазах изумленных гостей собиравших двигатели, производили впечатление.
Особенно впечатляло количество женщин на производстве, которые составляли большинство среди контролеров и сборщиков мелких узлов. Рассказ руководства, что женщины за равную работу получают равную с мужчинами плату, шокировал многих иностранных и своих гостей.
Все-таки в средневековой Европе положение женщин не слишком отличалось от уровня лошади или коровы, некоторые церковники даже отказывали женщине в отдельной душе, считая ее придатком мужской души. Женщины и мужчины работали в аккуратных синих комбинезонах, с волосами, убранными под косынку или береты, в защитных очках, словно сошли с плакатов по технике безопасности восьмидесятых годов двадцатого века.
