Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— И подправив установку прицела, выпускаем ещё четыре снаряда. Потом корректируем угломер, и ещё восемь.

— Стой. Заряжающий, доложить о расходе мин и зарядов. — В очередной раз командует взводный.

— Что там? Товарищ лейтенант. — Спрашиваю я.

— Махра в пятидесяти шагах от цели. Стрелять нельзя, своих накроем. — Примерно через минуту, над высотой взлетают две зелёных ракеты. Общая команда прекратить огонь. Всё, пехота на высоте, и теперь фрицам каюк. Живые могут позавидовать мёртвым. И не важно, у кого теперь больше пулемётов.

Главное это наличие штыков и гранат. Зачистив траншею на высотке, рота рванула в деревню, где уже разгорался ночной бой, — бессмысленный и беспощадный.

— Оправиться. — Следует новая команда. Отхожу немного в сторону, и пытаюсь наблюдать за полем боя. Бесполезно, даже стоя в полный рост ничего кроме высотки не видно.

Не успели мы толком перекурить, как прибегает взмыленный посыльный и передаёт приказ ротного. «Выдвинуться на высоту и занять там позицию для стрельбы». Гервас командует.

— Отбой. — Надеваю дульный чехол. Снимаю прицел, и укладываю его в ящик. Снимаю ствол миномёта со стойки и с опорной плиты. Готовлю вьюк ствола и ящик с прицелом к переноске. Остальные номера расчёта занимаются своими обязанностями. Передвигаться теперь придётся по полю недавнего боя, поэтому нагружаемся без фанатизма. Руки должны быть свободны, чтобы держать оружие. Так что несём только вьюки с частями миномёта и боеприпасами. Нам повезло, на вооружении роты 82-мм батальонные миномёты образца 1937 года, они легче.

У кого есть пистолеты и карабины, приводят их к бою, остальные вооружаются кирками, лопатами и ломами.

— На вьюки. За мной бегом марш. — Новые команды. И мы змейкой, короткими перебежками бежим за командиром, смотря под ноги, и стараясь ни на кого не наступить. Лежащих, у подножия высоты на удивление мало, санитары уже работают, так что дай бог, чтобы все потери были санитарными. В смысле ранеными, а не убитыми. Хотя вряд ли. Через пару минут мы добежали до немецкой траншеи, и залегли за бруствером с нашей стороны.

В траншею спускаться не стали, мало ли, остались недобитки и решат погеройствовать перед смертью. Освобождаюсь от вьюка со стволом, который к концу пробежки стал весить тонну.

— Проверить бы надо, — смотрит на меня Гервас.

— Раз надо, проверим. Федя, за мной.

Вдвоём с дядей Фёдором перекатываемся за бруствер, и осматриваем траншею поблизости. Рядом никого, поворачиваем сначала налево и идём от дзота.