Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Горячий душ не только расслабил мое напряженное тело, но и вернул душевное равновесие, основательно расшатанное Райдэком. Я даже перестала терзаться муками совести в промежутке между намыливанием волос и их промывкой.

Убрав с лица пену, я промыла глаза, и вдруг, краем глаза поймав какое-то движение сбоку, резко развернулась. Звук включившегося рядом со мной душа прозвучал как выстрел, по вискам шумно ударила кровь и ноги мои приросли к полу, превратившись в две пудовые гири.

Рядом со мной, подставив бьющим сверху струям склоненную голову, стоял Райдэк.

Голый.

Абсолютно."

"Тонкие ручейки обрисовывали бронзовый рельеф напрягшихся мышц, серебрили поджарые бока и длинные ноги. Вода живым жгутом вилась по его позвоночнику, ускользая в ложбинку между крепкими ягодицами. Это выглядело так красиво, что если бы я была фотографом, то обязательно засняла бы расслабленно упирающегося в стену ладонями обнаженного мужчину, подставляющего свое упругое тело ласкающей его воде. Низко опущенная голова медленно повернулась в мою сторону, взгляд-ожог сбил мне пульс, а потом погнал по венам закипающую кровь.

Легкие обдало мгновенно растекшимся в них жаром, и в этой сизой влажности мир вдруг сократился до моего грохочущего сердцебиения и обнаженного мужчины, стоящего от меня на расстоянии вытянутой руки.

— Какого?.. — рвано глотнув горячий воздух, захлебнулась в негодовании я.

— Какого дьявола я делаю в общем мужском душе? — хрипло поинтересовался Райдэк, выжигая на мне взглядом клеймо.

Я беззвучно шлепнула губами. Как тупая рыба. У меня больше не было вопросов. Ни мыслей, ни вопросов… Ни-че-го.

— Моюсь, — отвернувшись от меня, сообщил Райдэк, глядя на стену перед собой с таким же подчеркнутым вниманием, словно это был монитор его бортового компьютера.

Моется? Нет слов. Мать его. Как он вообще сюда попал? Где Паяльник и Гвоздь?

В груди дурно заныло, и первым моим желанием было позорно сбежать. А смысл? Это полный провал. Все, что мог, Райдэк, похоже, у меня уже увидел.

Вопрос в том — смог ли он узнать во мне таинственную танцовщицу?

Взгляд мой опять невольно скосился на командора. Сначала прошелся по напряженному лицу мужчины, закрытым векам и плотно сжатым губам, а потом бессовестно пополз вниз по широким плечам, литому прессу, темной полоске волос…

Да. Я смотрела именно туда, куда вы подумали, и, не обнаружив естественной мужской реакции на свое обнаженное тело, пришла в некое замешательство.