Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Он был прав: от одной мысли, что напыщенные упыри из консорциума объединенных галактик вот так легко получат то, из-за чего погибли мои родители, меня корежило, как обшивку пиккера* во время метеоритного дождя."

"— Я подумаю. Время у меня еще есть, — поднявшись с места, я поставила бутылку на стол и вернула Мердоку завещание. Шарик головизора давно и незаметно перекочевал в мой карман, а потому не видела смысла находиться в кабинете деда дальше.

— И когда вы сообщите всем о своем решении? — нервно бросил в мою удаляющуюся спину Сапс.

— О, — ухмыльнулась я. — Обещаю, вы узнаете об этом первым.

Глава 2

— Классная штуковина. Где нарыла?

Вместе с вошедшим в рубку Хоком, в нее влетел сногсшибательный запах свежезаваренного кофе, и я, блаженно щурясь, вытянулась в капитанском кресле, как кошка, принимая из рук друга испускающую ленивую струйку пара сейк-капсулу*.

Обожаю кофе. И этот бодрящий запах размышлений, неспешности и уюта. Без него я по утрам действительно рыжая злобная стерва.

Удивительно, кто бы мог подумать, что напиток землян не просто приживется во Вселенной, а станет их главным сырьем для экспорта и основным доходом.

Густую кисловато-горькую жидкость на некоторых планетах приравнивают почти к наркоте, настолько необычно действует на его обитателей аромат кофе. А по сути, запах, в образовании которого участвует около 800 веществ, является продуктом обычной химической реакции между сахарами и аминокислотами, происходящей при нагревании. Потрясающе.

Хок наклонился над приборной панелью, разглядывая установленный на ней шарик головизора.

Палец моего штурмана на несколько секунд завис в воздухе, а потом проткнул предаваемую картинку аккурат в районе взлета АС-5.

— Ха, неубиваемый стрэйнджер, — заржал этот придурок, когда корабль вновь взлетел над куполом ""Спаркс Гэлакси"".

— Какой прототип, такой и стрэйнджер, — отпив кофе, усмехнулась я.

— Не понял? — задница Хока нашла приют на панели рядом с шариком-проектором, и теперь, когда он сидел в центре голограммы, создавалось впечатление, что стрэйнджер влетает ему в ухо.

— Его назвали в мою честь, — спихнув ногой Хока в сторону, кивнула на призрачный АС-5. — Агния Спаркс, — сейчас, когда деда не было в живых, смысла в том, чтобы скрывать перед другом, кто я такая — не было никакого.

Хок мелодично свистнул и, усевшись в свое кресло рядом, сложил на груди руки, приготовившись внимательно меня слушать. Я молчала, и ему, надоев изображать из себя соплю в невесомости, стало скучно.