Принцесса на Кириешках читать онлайн

Ей-богу, некоторым людям просто нельзя заводить детей! Интересно, как бы Света относилась к своему малышу, появись он на свет? Да уж, человек, похоже, самое противное существо из всех, населяющих Землю.

Домой я ввалилась поздно, усталая и голодная. Еще хорошо, что на дороге мне попался жалостливый парнишка, сразу поставивший диагноз и согласившийся за малую мзду реанимировать «Жигули». В особняке стояла тишина. Меня встретили лишь собаки. Оставалось удивляться, куда подевались люди. Я внимательно осмотрела кухню, никаких записок на холодильнике не было.

Вздыхая, я почистила картошку, пожарила ее, нарезала салат, вытащила из холодильника котлеты, сунула их в СВЧ-печь и вознамерилась мирно посидеть у телика, глядя какой-нибудь незамысловатый сериал. Главное, чтобы в фильме не текли реки крови. Если нужно выбирать между хорошим, реалистичным кино, в котором зло победило добро, а, кто бы спорил, так в жизни часто случается, и абсолютной сказкой, в которой все, вопреки жизненной правде, заканчивается просто замечательно, я без всяких колебаний выберу вторую ленту.

Пощелкав пультом, я обнаружила передачу о жизни тушканчиков и в полном восторге стала внимать диктору. Однако эти животные такие забавные, оказывается, они…

– Марфа! – прогремело за спиной.

От неожиданности мои руки вздрогнули, пульт упал на пол, из него выпала батарейка.

– Марфа! – повторил Лев Яковлевич. – Мне не подали обед! Время уже к ночи! Что у нас творится, позвольте поинтересоваться? Немедленно налейте суп.

– Его нет.

Лицо академика покраснело.

– Безобразие, – заорал он, – Ася, Ася, Ася!

Но палочка-выручалочка не спешила броситься муженьку на помощь.

– Где все? – завыл Лев Яковлевич. – Марфа! Разберитесь!

– Я не Марфа.

Профессор надулся:

– А кто?

– Евлампия.

– Кто?

– Лампа.

Лев Яковлевич вздернул подбородок, потом быстро сел за стол. Я отвернулась к телевизору.

– Любезнейшая, – каркнул ученый, – где же картошка?

– На плите.

– Подавайте.

– Сам возьми, – потеряв всякое самообладание, рявкнула я, – или руки парализовало?

Брови Льва Яковлевича взметнулись вверх.