Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Трибун, оглядев меня, сдержанно, но с едва скрываемым вызовом произносит:

— Итак, русские. Цезарю очень интересно узнать, на каком основании вы вторглись в римский Капитолий.

Я спокойно отвечаю:

— Угроза жизни. Моя свояченица была заточена в местных подземельях.

Трибун хмурится, его взгляд полон недоверия.

— Ваша родственница? Что за нелепость? С чего бы ей находиться здесь?

— Этим я и хотел бы поинтересоваться у понтификов, — отвечаю я. — Может, всё же позволите нам поговорить?

Трибун вскидывает голову, бросая мне неприязненный взгляд:

— Мы сами разберёмся с понтификами.

Они под защитой Цезаря.

Между тем из массивных дверей и высоких окон дворца доносятся глухие, но явные звуки перестрелки — ритмичные вспышки выстрелов, перекрываемые криками и лязгом стали. Жаворонки схлестнулись с охраной понтификов, и бой разгорается с полной силой.

Я усмехаюсь:

— Под защитой, значит? Ну что ж, хорошо.

Цезарь вступил в игру, и теперь всё сводится к гонке. Он намерен захватить Капитолий. У меня планы поскромнее — обчистить сокровищницы, но и от старших жрецов грех отказываться.

Я включаю энергозрение. Жаворонки ворвались внутрь дворца, и, несмотря на их слова о «защите», убивают всех, кто встаёт у них на пути, лишь бы добраться до понтификов первыми.

Трибун смотрит на меня с холодной решимостью.

— Граф, я впустил вас не для того, чтобы выслушивать ваши просьбы, — произносит он резко. — Цезарь ставит ультиматум: у вас есть три часа, чтобы покинуть Капитолий. Какие бы причины у вас ни были для мести Юпитерскому, утром мы уничтожим каждого русского, ступившего на священную землю.

Я невозмутимо киваю.

— Чего-то подобного я и ожидал услышать. Передайте Цезарю, чтобы он не волновался. Через три часа наших людей здесь уже не будет. Просто исчезнет всякий смысл.

Возвращаюсь к Морозову и своим женам с Настей и Змейкой. Я бросаю взгляд на дворец, подвергшийся штурму, и принимаю решение. Воевать с Жаворонками — глупо. Но это вовсе не значит, что я собираюсь отступить.

Я обращаюсь к Морозову:

— Сейчас мы с Змейкой ненадолго прогуляемся.

Юрий Михайлович, ты оставайся здесь и присмотри за моими жёнами и невестой. У твоих людей есть два часа чтобы обчистить хранилища.

Морозов кивает:

— Понял, граф.

Светка хмурится, немного разочарованная:

— То есть, нам даже не придётся ни с кем драться?

Я ухмыляюсь:"

"— Жаворонки на вас не полезут. Даю семьдесят процентов вероятности. Им сейчас важнее выдворить нас отсюда, а я уже согласился уйти.