Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Что касается князя, он больше не появлялся на улицах с тех пор, как казнил верховного магистра. И таким своим поведением вызывал массу вопросов у простого населения. Многие даже высказывали предположение что за все грехи, его наконец одолела хворь.

Я в это не верил. У меня вообще складывалось ощущение, что в замке что-то происходит, о чем не сообщалось никому. Даже Ратибор, часто навещавший князя, не рассказывал ничего такого.

Сам я больше у его сиятельства не появлялся — считал это лишним.

Гестия и Аврора по-прежнему ссорились из-за… меня.

Как бы это не смешно звучало. Никогда не мог представить себе, что стану предметом раздора у двух драконов."

"При этом я никак не мог добиться от Гестии информации по поводу ее родов. Всякий раз, когда я заводил эту тему, она уклонялась от ответа. Это раздражало.

Как только все начало вроде бы налаживаться и появился хоть какой-то проблеск, появилась новая проблема — началась острая нехватка продуктов питания.

Во-первых, драконы съедали очень много. Хоть их и стали уже на второй день отпускать на вольный выпас, им все равно требовалось домашнее мясо.

Почему так — я вникать не стал. За этим тщательно следили послушники, которые прибыли в крепость на третий день после атаки.

Во-вторых, снаряды, летевшие на крепость, разрушили не только псарню, но и часть хлевов со скотом и хранилищ с зерном.

Я склонялся верить, что это было целенаправленное разрушение. Уж слишком точно попадали их удары. Это только лишний раз убедило меня в своей догадке о шпионе, который бродил по крепости и сдавал месторасположение жизненно важных объектов.

Или даже сети шпионов. Такой возможности точно нельзя исключать.

В городе и так было много охотников и рыбаков, но их количество только множилось ввиду надвигающегося голода. Только все они возвращались либо ни с чем, либо с мелкой дичью. Шумная атака на крепость распугала всех зверей в округе.

Те, кто не пошел заниматься промыслом, решил пойти другим путем и утраивать мирные забастовки у стен замка, взывая к свержению князя.

— Странно, что князь терпит такое, — проговорил Давор, пока мы разбирали очередной завал.

Обуглившиеся развалины дома находились практически у самого замка, поэтому погонщики и я могли лицезреть, как толпа из тридцати человек скандировала различные лозунги у его стен.

— Насколько я знаю, князь запросил помощь с провизией у других крепостей, — проговорил Ратибор. — Но те не спешат её отправлять. Ибо сами готовятся к подобному.