Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Истон наблюдал за тем, как успокаивается Джинджер, ее большие темные глаза теперь были спокойными. Порша беспокойно зашевелилась рядом с Истоном, и он подождал, пока она снова затихнет.

– Конечно, вы обе вполне можете справиться с воспитанием детей самостоятельно, но она не должна этого делать. Если бы она только могла понять, насколько важна для меня. Я никогда не оставлю ее, я не такой, как мои родители. Я научился находить приключения здесь, рядом с домом, для этого мне не нужно колесить по всему свету.

"Порша снова беспокойно заерзала, потянулась и, наконец, открыла глаза. Она осторожно села и, улыбнувшись, убрала с лица прядь волос. Она сняла резинку со своего запястья и стянула волосы в хвост. Порша взяла бутылку с водой и сделала несколько маленьких глотков.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – спросил ее Истон.

– Вроде бы да. – Порша прислушалась к своим ощущениям и откусила кусочек соленого крекера. – Сейчас проверим.

– Не торопись.

– Хорошо. Скоро утро, нас ждут дела.

– Тебе не нужно ничего делать, просто отдыхай.

Черт бы побрал этот ураган! Почему это всегда происходит так не вовремя? Истона накрыло чувство полной беспомощности, хотя он прекрасно понимал, что не может сделать ничего, чтобы воспротивиться природе. Ветер шумел уже не так сильно, но Истон подозревал, что это еще не конец.

– Ты уже подумала над моим предложением? – Он нежно погладил Поршу по руке.

Порша покачала головой, задумчиво разглядывая свой крекер.

– Мы можем поговорить об этом позже?

– Я знаю, что говорил тебе, что у нас в запасе еще семь месяцев на раздумья, но тебе не кажется, что это уже чересчур? Нам хорошо вместе, и в постели у нас все просто потрясающе.

Я никогда не чувствовал ничего подобного ни к одной женщине. Ты же не станешь отрицать, что чувствуешь то же самое?

Истон говорил от всего сердца. У него никогда не было настоящих отношений. Он быстро заканчивал свои романы, потому что понимал: ничего путного из этого не выйдет. А с Поршей он провел гораздо больше времени, чем с любой другой женщиной.

И пусть они не влюблены друг в друга, он хотел, чтобы она была рядом с ним.

Он просто не мог ее отпустить! Он хотел обеспечить Поршу и их ребенка. Он знал, что у них может все получиться, если только она перестанет сопротивляться. Как такое вообще может быть? Он всегда был инициатором расставаний, а теперь практически умоляет Поршу быть с ним. Это одновременно и пугало его, и делало более решительным.