Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Видела, как приехала полиция и во второй раз обыскала дом, что привело ее в недоумение. Разве они уже не нашли орудие убийства? Она была уверена, что нашли. Сидя в этом кресле у окна, видела, как прочесывают гараж; они не могли его не заметить.

Наконец они уехали, и вскоре вслед за этим уехал Том. До этого она видела, как он бросил в машину дорожную сумку. Потом постоял рядом с машиной, свирепо глядя на нее через дорогу. Ее сердце в тот миг болезненно сжалось. Почему он решил уехать? Разве они не пришли к взаимопониманию? Разве теперь, когда они снова любовники, он не чувствует то же, что и она?

Он так и не вернулся вчера.

Остался ночевать в другом месте, и ей показалось, будто весь ее мир рухнул. Том ее избегает. Как его вернуть?!

Бриджит прогоняет злые слезы. Он не мог уехать навсегда с такой маленькой сумкой. В какой-то момент он должен будет выйти на работу, и ему понадобятся костюмы. Ему придется вернуться домой, и она будет тут как тут – он не сможет убежать. Она заставит его понять, что ему суждено быть с ней.

И позаботится, чтобы Карен никогда не вышла из тюрьмы.

Если придется, она будет свидетельствовать против Карен, пусть Тому это и не понравится, пусть он и возненавидит ее на какое-то время. Пока в мире есть Карен, Том никогда не выберет Бриджит. Это злит ее сильнее всего.

Она заметила, как к ее дому подъехала машина. Эта машина ей знакома. И детективы, которые из нее вышли. Что они здесь делают? Она невольно напряглась.

Прозвенел дверной звонок. Бриджит, внезапно испугавшись, решила было сделать вид, что ее нет дома, но они наверняка видели ее в окне.

А если и нет, то все равно вернутся. Она встала и пошла к двери. Перед тем как открыть, сложила губы в спокойную, как она надеялась, улыбку.

– Да? – спросила она.

– Добрый день, – сказал Расбах и показал значок.

– Я знаю, кто вы, детектив, – ответила она. – Я помню, вы уже заходили.

– Можно войти? – спросил он.

– Конечно, – ответила Бриджит, открывая дверь шире. Пригласила их в гостиную. Дженнингс сел, а Расбах подошел к большому окну и встал прямо за любимым креслом Бриджит, глядя на дом Краппов через дорогу.

– Славный вид, – сказал он.

Потом подошел и сел напротив нее. Его голубые глаза будто пронизывали насквозь. От его внимания вряд ли ускользнуло, что она сменила стрижку. Она с трудом подавила безотчетное желание поправить волосы.

– Чем могу помочь? – спросила она.

– У нас есть пара вопросов, – ответил Расбах, – по поводу вашей соседки из дома напротив, Карен Крапп.