Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Можно сказать и так.

– Почему ты был уверен, что он его возьмет? Он же знал, что ты убийца.

– Он не знал, что я знал, что он знает. Понимаешь, Харри? Он не знал, что Отто выдал себя. К тому же во время ломки наркоман начинает рисковать. Например, доверять тому, кто, как он думает, считает его отцом. Но что теперь об этом говорить. Он сбежал из больницы и стоял внизу.

– И ты решил его впустить?

– Знаешь, как может работать человеческий мозг, Харри? Ты знаешь, что длинные, запутанные сны, которые, как нам кажется, длятся всю ночь, на самом деле проносятся в мозгу за несколько секунд с фантастической скоростью.

Примерно так же мне в голову пришел новый план: представить все так, будто за всем стоит Эндрю Кенсингтон. Клянусь, до этого у меня и в мыслях такого не было! Я нажал на кнопку и открыл ему, потом подождал, когда он поднимется, а сам спрятался за дверью с платком…

– С ацетиловым эфиром.

– …потом я привязал Эндрю к стулу, достал наркоту и тот героин, что был у меня с собой, и вколол ему, чтобы до моего возвращения из театра он сидел спокойно.

На обратном пути я достал еще героина и устроил для нас с Эндрю настоящий праздник. Да, мы здорово повеселились, а когда я ушел, он повесился на люстре.

Снова тихий смех. Харри старался дышать ровно и спокойно. Так страшно ему еще никогда не было.

– Что ты имел в виду, когда говорил, что иногда должен их наказывать?

– Что?

– Ты сказал, что должен их наказывать.

– А, вот ты о чем. Как тебе наверняка известно, психопаты часто страдают от паранойи или других маний.

Моя мания – это то, что я должен отомстить за свой народ.

– Насилуя белых женщин?

– Бездетных белых женщин.

– Бездетных? – удивился Харри.

Так вот что объединяло жертв, вот чего они не заметили в расследовании. Неудивительно, что у таких молодых женщин не было детей.

– Конечно. Неужели ты этого не понял? Terra nullius, Харри! Когда вы пришли сюда, то решили, что раз мы не засеиваем землю, она нам не нужна.

Вы отнимали у нас нашу землю, насиловали ее и убивали у нас на глазах. – Тувумбе не надо было повышать голос – и так было слышно каждое слово. – Ваши бездетные женщины – это моя terra nullius, Харри. Если никто их не оплодотворил, следовательно, они ничейные. Я только следую логике белых и делаю, как они.

– Но ты сам называешь это манией, Тувумба! Ты сам понимаешь, насколько ты болен!"

"– Конечно, я болен. Но мне нравится моя болезнь, Харри.