Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Потому спрашиваю еще раз, — Дорофеев снова подался к Абади, — откуда у тебя микрофильм? Кто тебе его передал? Кто собирал всю эту информацию?

— Я уже все сказал, — наконец решился ответить Абади, — микрофильм…

Внезапно снаружи грохнуло. Раздался чудовищный взрыв. ЗИЛ ударил по тормозам. Машину затрясло. Тут же погас свет.

Все в кузове, кроме Абади, вскочили. Абади не мог. Он и сам сорвался бы с места, но был закован по рукам и ногам.

Абади сразу понял — что-то случилось с БТР, который в качестве охранения вел ЗИЛ за собой.

— А, сука! — раздался хриплый голос из-за перегородки кабины, с пассажирского места, — засада! К бою! К бо…

Протяжная очередь заставила капитана, командовавшего переправкой Абади, замолчать. Все, кто был в машине, опустились к полу, закрыли головы руками.

Абади понял — водителя и офицера, прямо в кабине, расстреляли в упор из автоматов.

— Значит, за вами пришли, — сказал КГБшник, поднимаясь и выхватив пистолет. — Я думал…

Он не договорил. Внезапно раздалась короткая очередь.

Звуки выстрелов в закрытом кузове ударили по ушам Абади так, что шпион рухнул на лавку, закрыв голову руками. Когда он открыл глаза и глянул туда, где стреляли, увидел, как солдат-таджик, подстреливший своего товарища, направил ствол АК на КГБшника.

Оперативник выстрелил быстрее.

Солдат-предатель рухнул на лавку. Дорофеев подскочил к нему, отобрал автомат. Крикнул:

— Лежать, не двигаться!

Не успел он снова наставить пистолет на таджика, как двери кузова распахнулись. Внутрь хлынул серый, профильтрованный туманом свет.

А потом грянул выстрел.

КГБшник упал замертво.

Абади увидел, как некто забирается в кузов.

Это был невысокий мужчина с маленьким, но вытянутым и скуластым лицом. Лицо оказалось смуглым, обветренным, как у пастуха. У мужчины были небольшие, бесчувственные, словно у ящерицы глаза, и слегка оттопыренные уши.

Одетый в выцветший кафтан-афганку, он залез в кузов, выпрямился. Глянул себе под ноги.

— П-помогите… — простонал таджик-предатель с едва уловимым акцентом.

Солдат лежал на лавке, зажимая рану на животе.

Убийца наградил его равнодушным взглядом. Наставил пистолет.

— Что ты?… Нет! Мне обещали, что меня…

Снова грянул выстрел. Солдат-предатель затих. Рука его бессильно свесилась вниз.

Неизвестный глянул и на второго солдата. Тот лежал на полу, истекая кровью, и глубоко дышал.

— П-падаль… — прошипел он зло, а потом плюнул в убийцу кровью."

"Тот отвернулся, пальцем стер красное пятнышко со щеки, над самой бородой.