Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Надо же, словно порох этот волк! Как он дела решает, бизнесом управляет, с таким-то темпераментом? — И приняла от нее карточку и предложение по работе.

— Я разговаривала с покупательницей, — поправляю я его, — по-твоему, мне следовало оборвать разговор и уйти, едва она представилась? И, кстати, у меня вопрос по поводу дискриминации по расовому признаку в магазинах компании… Сегодня я сделала месячную выручку одному из магазинов. Конечно, экспертные продажи не могут быть постоянными, на то они и экспертные, но все же игнорировать потенциальных покупательниц только лишь из-за того, что они — тигрицы… Это неправильно с точки зрения прибыли.

Или у вас существует какое-то негласное правило на этот счет? Если так, то хотелось бы получить список таких правил, чтоб понимать, как действовать в подобной ситуации. Может, продавец, плохо обслуживая перспективных покупательниц, ничего не нарушила, на самом деле? И я придираюсь?

Я сознательно вкладываю негодницу и наушницу Барру, хотя совсем недавно не планировала этого делать, рассчитывая как-то обойти скользкий момент недобросовестного обслуживания покупателей.

Но мои благие намерения разбились о ее нечистоплотность в рабочих вопросах, так что плевать. В конце концов, должна же я извлекать урок из своего опыта? Сколько можно быть лояльной к всяким “Анечкам”? Они потом в спину бьют душевно, добра не помня. Или, наоборот, помня…

— У нас нет такого правила… — нахмурившись, говорит Максан, — просто тигры… Они не одеваются в магазинах готовой одежды… Это ниже их уровня…

— А не возникало планов поднять уровень магазинов компании за счет привлечения более платежеспособной публики? Мне странно, что здесь сознательно выставлена верхняя планка… Это не особенно дальновидно… На мой взгляд, конечно же.

И, кроме этого, хотелось бы понимать, каким образом происходит набор сотрудников в компании? Я так поняла, что каждый руководитель набирает людей самостоятельно… Разве это удобно?

Максан стоит, слушает меня внимательно, и взгляд его, еще совсем недавно пугающе отдающий звериной зеленью, становится совсем другим.

Спокойным и крайне заинтересованным. Более присущим деловому человеку, чем бешеному похотливому волку.

Я внутренне невероятно радуюсь тому, что удалось его переключить с режима размножения в режим умственной деятельности, и продолжаю торопливо, решив оставить вопрос о возмутительных претензиях на меня, как на свою собственность, на потом.