По ту сторону жизни читать онлайн

Партизанщина – это вам не фронт, там никто не стеснялся, ни они, ни мы… А с холерой после приспособились и стали подходы густо дерьмом жидким поливать, да кровушкой куриной или свиной взбрызгивать – впечатляло их это. Зайдут в кусты, глянут, глазки выпучат и назад.

– Хорошее дело. Может, и мы?.. Поставим таблички «Карантин! Особлаг! Въезд запрещён!». И обгадим всё вокруг.

– Наших дерьмом не напугать. Видали они его. Нужно второй лагерь ставить.

– Где?

– Дальше, там, в болотах. А этот для прикрытия оставить с зэками, чтобы всё привычно глазу.

– Хорошая придумка. Снабжение всё, продукты, имущество через первый лагерь везти машинами и подводами, не скрываясь, а дальше на лошадях или горбу растаскивать. Тогда точно никаких подозрений. Ковпак таким хитрым манёврам научил?"

"– Фрицы. Базы партизанские накрывали так, что от нас пух-перья летели. Местные им дорогу укажут, они ночью часовых порежут, а утречком кофе попьют и по всем правилам их уставов давай нас в хвост и в гриву! Вояки-то они знатные были, обкладывали отряд со всех сторон, как волков, а потом минами забрасывали и огнемётами жгли.

– Дельно. Пусть так и будет, – согласился «Крюк». – В первом лагере зэков на карантин посадим, а остальных – в дальние определим. С НП на перешейке провод размотаем, что бы если что – вовремя предупредили.

– На том и порешим… Ну что, пошли тайгу топтать – место подходящее искать?..

* * *Не спать… Не спать… Главное – не спать! Уснёшь теперь и уже не проснёшься. Не спать!..

Но тяжелеют, слипаются веки, падают на глаза, как мешочки с песком. Трудно зэку не спать, когда он весь день на общих лес валил, да еще на делянку и с делянки пять вёрст пешим порядком топал в грязи по колено.

Не спать!..

Ущипнуть себя за ухо, крутануть мочку до боли. Закусить губу.

Не спать!..

Рядом зэки тяжело во сне ворочаются, храпят, вздрагивают. И хочется к ним прижаться, чтобы хоть немного согреться и уснуть. Уснуть… Но нельзя!

Не спать!..

И мерещится барак, а в нем полумрак и печка, там, в блатном углу, и кто-то крадётся тенью вдоль прохода, сжимая в руке финку.