Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Наташа… — рявкнул Серёжа, а я с большим удовольствием сбросила звонок и отшвырнула телефон в сторону.

Я была довольна собой. Что-то внутри меня ликовало, понимая, что в этом раунде выиграла я. Но утром…"

"Утром оказалось, что утро вечера мудренее. И моё импульсивное решение запретить Стёпке общаться с папой прилетело бумерангом, больно ударив по сердцу.

Сын за утро не сказал мне ни слова и, в целом, игнорировал моё существование. Даже есть ничего не стал. Только воду попил, а затем, буркнув «я гулять», ушёл на улицу.

Не отпросился, как раньше, не поинтересовался, что нужно сделать по дому, прежде чем уйти, а просто ушёл. И в этом его уходе я увидела Серёжу, который ровно так же — легко и без оглядки — ушёл от меня, чтобы трахаться сейчас с другой.

В груди образовалась тяжесть и пустота. Глаза зажгло от сдерживаемых слёз от понимания того, что я рискую остаться одна. Вообще, одна.

Внезапный звонок в дверь вынудил задвинуть эмоции куда поглубже, потому что я прекрасно понимала, кто именно пришёл.

— Поговорим? — спросил Серёжа, когда я открыла дверь и всем своим видом дала понять, что в квартиру он не войдёт.

— Говори.

— Стёпка дома? — в Серёжиных глазах отчетливо отражалось спокойствие и уверенность. И это бесило.

— Гуляет.

— Ты всё ещё намерена запрещать мне общаться с сыном?

— А ты всё ещё намерен трахать малолеток? — спросила я, не удержав в себе порцию яда, который разъедал и меня саму. — Вот видишь? Каждый остается при своём.

Если это всё, о чем ты хотел поговорить, то пока.

Я вознамерилась закрыть дверь, но Серёжа остановил её рукой.

— Наташа, — вздохнул так, будто разговаривал с непослушным ребенком, от капризов которого уже порядком устал. — Ты поступаешь глупо.

— Зато ты у нас молодец!

— Наши отношения не должны отражаться на сыне. Ты понимаешь, что ты наказываешь не только меня, но и Стёпку?

— Ты сейчас решил меня стервой выставить?

Я смотрела в глаза Серёжи, пытаясь найти там хоть какие-то новые и чуждые мне эмоции и черты.

Но видела перед собой всё ещё своего мужа, которым он был для меня всегда: спокойным, уравновешенным, ответственным и серьёзным.

— Я хочу, чтобы ты не манипулировала нашим сыном в отношениях со мной. Хочешь мстить — мсти мне, но так, чтобы это не отражалось на Стёпке.

— А ты думаешь, мне нравится то, что я делаю? — я дала слабину эмоциям и порывисто сглотнула шероховатый ком, мгновенно выросший в горле.