Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

- И ты присмотришь за ним ради меня в школе, правда, любимый?

- Всегда.

- Хороший мальчик, Джонни.

- Хороший мальчик, Джонни. - Закатив глаза, я бросил сумки в багажник и повернулся к маме. - Присматриваешь за мной? Какого хрена, мам? Мне снова три года?

- Язык за зубами, Бубба.

- Извини, мама. - Мое внимание переключилось на миниатюрную брюнетку, прислонившуюся к пассажирской двери, когда мы подошли к его Audi, и мое сердце смягчилось.

- Привет, Гибс.

- Малышка Шэннон. - Я улыбнулся. - Как поживает моя вторая любимая девочка в мире? - Она выглядела чертовски собраннее, чем в прошлые выходные.

Похмелье на пляже, и ее вырвало. - Готова для пятого курса?

- Достаточно напугана, - призналась она с нервным смешком. - И я думаю, мы скоро увидим, готова я или нет, да?

- У тебя все получится, маленький боец, - подбодрил я, взъерошив ей волосы, когда она подошла. - Ты сделаешь этот учебный год своей сучкой.

- Чертовски верно сказано. - Без малейшего колебания мой лучший друг-бульдозер обнял свою девушку и притянул ее к себе.

- У тебя все получится, Шэн, - прошептал он, наклоняясь достаточно низко, чтобы поцеловать ее в макушку. - И у тебя есть я.

- Да. - Прерывисто вздохнув, она обвила рукой его талию и улыбнулась ему. - Да.

Я с самого начала знал, что отношения Джонни с Шэннон были постоянными. Я никогда не видел парня, более измученного своими чувствами, чем Джонни. Он любил эту девушку до мозга костей, и, да, ему потребовалось его обычное количество времени, чтобы предсказать, обдумать, запаниковать и, наконец, разобраться в своих чувствах, но он сделал это; и как только его решение было принято, дело было сделано.

Шэннон Линч была его эндшпилем, а Джонни Кавана - ее.

Потому что, когда Джонни выполнил свое решение, это было все. Он не передумал и не сбежал. Я никогда не видел такого уровня приверженности ни от кого, не говоря уже о ком-то настолько молодом, но это был Джонни. Он был олицетворением приверженности. Его вторым именем была преданность, и он не отступал от своего слова.

Вот почему ему было так больно в прошлом году, когда Кормак переспал с Беллой. Потому что он никогда не смог бы так поступить с другом, поэтому для него было невозможно представить такое предательство.

Он был запрограммирован не так.

Вот почему он был моим лучшим другом, и я мог умереть на холме верности ему.

Потому что ее вернут в десятикратном размере.

В конце концов, именно его приезд в Баллилаггин спас мне жизнь.