Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Думаешь, я с радостью принимаю тот факт, что у ребёнка не будет полной семьи? Как бы не так! Я же ничего не смогу ему дать! Буду плохой матерью! Не сумею позаботиться и полюбить!

Алина замолкает и начинает плакать навзрыд. Затем подходит ближе и утыкается лицом в мою грудь. Я заторможенно глажу её по спине и пояснице, про себя повторяя: пиздец, просто полный пиздец.

* * *Поднимаюсь пешком на пятый этаж, не дожидаясь лифта.

Делаю глубокий вдох-выдох. Достаю из кармана ключи.

После сложного разговора стало очевидно, что быстро нас с Алей таки не разведут.

Об аборте речь не шла. Я не смог бы. В конце концов, мы пришли к общему решению — сдать тест на отцовство, чтобы не возникало подобных вопросов. От этого и отталкиваться. Ответ для меня, в принципе, был уже понятен.

Спустя некоторое время я сел за руль и много часов подряд бездумно гонял по городу, не отвечая на звонки и сообщения. Идей, что делать дальше, было ноль. Куда ни плюнь — всё неправильно.

Я открываю дверь ключом, врываюсь в прихожую и снимаю обувь.

Вокруг темно и тихо. Даже жутко становится, что Жеки здесь нет.

С колотящимся пульсом, прохожу по длинному коридору и толкаю дверь спальни. Облегчённо выдыхаю, когда вижу на кровати хрупкую девичью фигуру, свёрнутую в калачик.

Женька просыпается, отрывает голову от подушки. Глаза воспалённые, губы красные. Смотрит на меня, непонимающе моргает. Я жду чего угодно — обвинений, упрёков. Но этого нет."

"Подхожу к кровати, присаживаюсь на корточки. Сердце болезненно сжимается.

Жека — мой свет. Прижимаю её к себе, целую живот сквозь шёлковую ткань.

— Ты заболела? Горячая…

Забираюсь ладонями под майку, трогаю всю. Касаюсь губами лба, щёк. Моя девочка. Температура есть — градусов тридцать девять, если не выше.

— Я не нашла ни единой таблетки, поэтому звонила и писала.

А я не отвечал.

Веду носом по тонкой шее, зажмуриваюсь. Вдыхаю привычный сладкий запах. Чувства топят с головой. Я не планировал влюбляться, только не в неё. Презирал, ненавидел. Мечтал стереть в порошок.

Теперь же ясно понимаю, что ни за не откажусь.

— Прости. Блядь, я идиот.

Укладываю Женю в постель, накрываю пледом и тут же вызываю врача. Её дыхание учащается, начинаются сильные судороги.

Я решаю, что неожиданная новость однозначно подождёт.

Глава 50

Евгения

Чёрт. Трясёт так сильно, что зуб на зуб не попадает. К счастью, врач приезжает довольно быстро и спасает ситуацию. Температура высокая — почти сорок. Горло красное, в лёгких — хрипы.