Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Она сама по себе была огромной и занимала два последних этажа, но, опять-таки, за пределы кухни я почти не выходила. Мне и тут было хорошо. Я даже забыла про Агеластоса и про его стакан. Вернее, иногда выходила, чтобы проверить, нужно ли наполнять стакан, но, вообще я увлеклась тем, что разговорилась с несколькими парнями со старших курсов.

Позже, когда им нужно было уходить, я, улыбаясь, попрощалась с парнями и тут же почувствовала, что меня чем-то твердым прижало к столешнице рядом с которой я стояла и передо мной был поставлен пустой стакан.

— Ты тут, чтобы быть рядом со мной, а не крутиться перед другими парнями.

— Я же только недавно подходила к тебе и стакан был почти полным, — я потянулась к бутылке, в которой был тот алкоголь, который пил Кириан, но из-за того, что он стоял настолько близко, я не выдержала и попыталась пнуть парня локтем. — Отойди. Ты нарушаешь мое личное пространство.

— У тебя его теперь нет.

— Почему это? Я свободный человек.

— На ближайший месяц ты раб.

Я стиснула зубы, но все же сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь взять себя в руки. Я всегда вспыхивала быстро, но успокаивалась с огромным трудом. Так и сейчас пришлось приложить уйму усилий, чтобы опять взять себя в руки.

Глава 4. Слушаться

— Слушай, отойди, пожалуйста, — сказала уже более спокойно. — Я сейчас налью тебе ту дрянь, которую ты пьешь, но пока ты стоишь настолько близко, мне некомфортно и я ничего сделать не могу.

Агеластос сильнее вдавил меня в столешницу своим телом и я громко зашипела, пытаясь извернуться и испепелить парня взглядом.

— Ничего себе, — эти слова отвлекли. Обернувшись, я увидела, что на кухню зашел темноволосый парень. Раньше я его уже видела в университете и понимала, что он, скорее всего, друг Агеластоса. — Мне кажется или тебя отшивают?

Кириан ничего не ответил, но посмотрел на своего друга так, что даже у меня все внутри сжалось. Зато, Агеластос наконец-то отошел от меня.

С опозданием, но я все же потянулась к бутылке, вот только Кириан сам взял ее и наполнил свой стакан.

После этого он вместе со своим другом вышел из кухни. На меня больше не смотрел. Создавалось впечатление, что для него я вовсе перестала существовать.

В дальнейшем я старалась более тщательно следить за стаканом Кириана. Даже начала почаще подходить к нему. Однажды, уже отдаляясь от него и той компании, в которой сейчас находился Агеластос, я услышала вопрос какого-то парня:

— Кто это?

— Мой Очкарик.