Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Твою сестру, Теодоро! Помнишь ее?

– Она у него? Как ты это допустил!?

Если бы Викензо не был так зол, то уловил бы ужас в голосе брата.

– Это все из-за тебя, сукин сын! Он украл Виви в отместку за свою женщину. Немедленно верни ее или клянусь, я буду убивать тебя так медленно, что ты взмолишься о смерти!

Воцарилось молчание и он уже готов был снова начать кричать, когда Тео, все же, ответил.

– Я в Мексике, Викензо. На четвертой зоне Рамиреса. Пришли самолет так близко, как сможешь. Перешли координаты на номер, который я тебе дам.

Если ни я, ни Эвелин не появимся до трех часов завтрашнего дня, значит, мы мертвы. Скажи… Скажи Вивиане, что мне жаль.

Он отключился прежде, чем Викензо смог потребовать от него больше информации, но Дон не стал терять время и набрал очередное сообщение, текстовое и голосовое, Виктору Терехову:

«Я связался с Тео. Он слишком далеко, но он возвращается. Завтра ночью ты получишь свою невесту. Помни о моей клятве, Виктор. Я смогу достать тебя, неважно, сколько времени это займет»

Его послание снова осталось без ответа, но это зародило небольшую надежду в груди Викензо.

Он пообещал себе, что если Вивиана выживет, что бы с ней не случилось, он найдет способ помочь ей. Если Бьянка смогла простить его и продолжить жить дальше, несмотря на пережитое насилие, то и Виви сможет. Он найдет ключ к ее исцелению. Лишь бы она жила.

Глава 11

Тео поступил рационально, оставив девчонку Рамиресу. Да, она ускользнула из рук раньше, чем он успел воплотить в жизнь свои фантазии, но когда выбор стоял между собственной безопасностью и постельной игрушкой он не мог позволить себе капризы.

Тогда почему это казалось таким неправильным?"

"Он метался по палубе своей яхты, на которую вернулся десять минут назад, и не мог совладать с яростью, захлестывающей его с необычайной силой. Тео не хотел отдавать ее. Он еще не наигрался. Он даже толком не начал. Эвелин была его добычей! Не Рамиреса, не Терехова, ЕГО!

Собственные мысли начали пугать своей интенсивностью. У него появились эмоции.

Чувства? Как не называй, но это было то, что он испытывал только по отношению к семье, а девчонка не была семьей. И он не должен был чувствовать вину за то, что оставил ее. Он в принципе не чувствовал вину не перед кем, но именно это проклятое чувство терзало его, заставляя метаться, как зверя в клетке.

Тео не совсем ясно соображал, когда набирал номер брата. Это было скорее на уровне инстинктов. Когда он терял контроль – Викензо приводил его в норму.