Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– И чего боитесь? Что я пью? Да вы не обращайте внимания! Я нормальный человек и к вам не полезу. Мне таких развлечений не нужно, знаете ли. Я предпочитаю добровольное согласие.

Варя крепче сжала сумку – его заверения ей совсем не понравились. «Если он подойдет ко мне, я его огрею по башке, – быстро соображала она. – В сумке зонтик. Он тяжелый, должно сработать!» Николай вопросительно посмотрел на нее и пожал плечами:

– Да как хотите. Не интересно, что вам Лиза передала, ваше дело, идите. Только она говорила, что это важно.

– Так скажите, в чем дело, и я пойду, – натянуто ответила она.

– Скажите! – передраззнил он, явно забавляясь ее испугом. – Она весь вечер сидела, писала, столько бумаги изорвала! По-вашему, я могу все это в двух словах рассказать?

Он бесцеремонно отодвинул женщину в сторону, и она почувствовала, что рука у этого толстого коротышки твердая. Варя чуть не вскрикнула, но ей стало стыдно. Она снова выругала себя: «Взрослая женщина, а ведешь себя, как школьница! Ну и что, что он мужчина? Неужели не отобьешься? Тем более что теперь я куда ближе к двери, чем он!»

Николай вышел в смежную комнату.

Оттуда теперь доносился стук выдвигаемых и тут же задвигаемых ящиков, шелест бумаги и отчетливое чертыхание. Варя прислушивалась и при этом пыталась восстановить в памяти слова уборщицы из фотомастерской. Та описывала некоего мужчину, который несколько раз врывался в мастерскую и устраивал сцены Елизавете Юрьевне. По словам уборщицы, заведующая после таких происшествий была сама не своя, едва не плакала… «Как та девушка описывала мужчину? Маленький, полный, в растянутом синем свитере… Глаза круглые, навыкате, и очень злые… Да, это он! Конечно, он! Господи, так это ее сожитель! – Варя пыталась взять себя в руки, чтобы Николай не заметил ее страха, когда вернется в комнату.

– Ну и что? Даже если это он – все равно, уборщица хватила через край, когда назвала его убийцей! Да разве такую колоритную фигуру не заметили бы в то утро?! Тем более он там уже бывал не раз.

Нет, он не мог этого сделать. Он даже не знал, что Лиза погибла, когда я ему звонила!»

Николай вернулся в комнату, протягивая гостье изрядно помятый конверт:

– Это Лиза для вас уложила. Весь вечер писала, я даже удивился. Никогда не видел ее за этим делом. Вообще, вы замечаете, что люди теперь редко что-то пишут? Даже письма уже не в ходу. Обходятся телеграфом и телефоном.

Варя согласилась, что это так. Сама она никогда не писала даже поздравительных открыток.