Вторая приемщица вполголоса заметила, что делать ей больше нечего – только контролировать, кто прошел за занавес, кто вышел. И на ту женщину она обратила внимание случайно, только потому, что та как-то странно морщилась и моргала. Наташа еще подумала, как же та будет сниматься, если у нее такой нервный тик? Наверняка Елизавета Юрьевна испортит немало кадров, пока обслужит эту клиентку."
"Тогда следователь не обратил особого внимания на эти слова о том, что та женщина моргала и морщилась. Конечно, если это был нервный тик, в такой явной форме, то лучшей приметы не отыскать.
Но возможно, та просто волновалась, собиралась чихнуть – да мало ли что еще. Однако сегодня, поглядев на настоящую Варвару Кузмину, выслушав показания оправившейся от сердечного приступа кассирши, следователь всерьез задумался над этой деталью. Совпадало многое. Слишком многое для простой случайности. Рост, фигура, цвет волос, даже цвет глаз. Но при этом кассирша, неоднократно видевшая ранее настоящую Кузмину, утверждала, что это была не она.
Кузмина была женой работавшего в мастерской фотографа, часто туда заходила, и уж приемщицы, видевшие «Кузмину», должны были ее узнать. Хотя бы в лицо. Но они не только не узнали ее, обе утверждали, что эту женщину прежде не видели. А между тем одна из них рассмотрела даже нервный тик, искажавший лицо мнимой Кузминой.
В конце-концов, следователь решил следовать обычной процедуре и прежде всего проверить алиби Кузминой на утро субботы. Он позвонил по телефону, который дала ему женщина и, дождавшись ответа, попросил позвать Кристину Гучкову.
Ответ поразил его своей агрессивностью. Некая женщина, услышав его просьбу, буквально прорычала в трубку, что никакой Гучковой здесь нет и никогда не было! И пусть по этому номеру больше не звонят! Следователь остановил ее, назвал адрес, переписанный из записной книжки Кузминой, и попросил сказать – совпадает ли он.
Женщина рявкнула:
– Нет! Это другая квартира! Другая! И не перезванивайте, Гучкова больше по этому номеру не ответит!
На этом разговор закончился.
Следователь некоторое время пытался дозвониться самой Кузминой, чтобы выяснить, почему та дала неверные координаты, но там никто не брал трубку. Наконец, он сообразил, что лично переписывал телефон и адрес Гучковой из записной книжки Кузминой, и значит, подтасовать та вряд ли что-то могла. Разве что заранее подготовилась, написав в книжке фиктивные координаты подруги. Следователь извлек из дела материалы, переданные ему оперативником.
