Видимо, ее голос все-таки пробивался сквозь пьяную одурь и мешал мужчине спать. Он выражал свое недовольство единственным доступным ему способом.
«Ну и пусть дрыхнет, – Варя огляделась. – Сама все найду. Так, сперва плащ.» Чтобы точно его не забыть, она надела плащ, повесила сумку на плечо и прошла в смежную комнату – именно там Николай копался в бумагах, когда искал конверт."
"В этой комнате ремонт был уже закончен. Строительного мусора здесь не осталось, но мебель была сдвинута на одну сторону, занавески скручены и переброшены через карниз.
В комнате стояла широкая кровать, на которой грудами лежала одежда, и письменный стол, со следами известки на полированной поверхности. Варя подошла к нему и нерешительно выдвинула верхний ящик. Никогда в жизни ей не приходилось копаться в чужих бумагах. И теперь она убедилась, что это не только неприятное, но и очень трудное дело. У нее между пальцев скользили старые поздравительные открытки, пачки фотографий, попались квартирные книжки, разорванные салфетки, испачканные губной помадой разных цветов… Она нашла упаковку валидола, зеркальце, несколько писем в конвертах с аккуратно надрезанными краями.
Она хорошо помнила почерк Лизы, его трудно было спутать с другим. Но сколько Варя ни копалась, она не могла найти второго листа и задвинула ящик. Женщина настороженно прислушалась, но Николай храпел равномерно, и можно было не опасаться, что он вдруг проснется.
Осмотр второго ящика затянулся. Варя нервничала так, что бумаги вываливались у нее из рук, а строчки прыгали перед глазами.
Она все больше убеждалась, что в этом хаосе невозможно что-то отыскать без помощи хозяина. «Неужели придется будить его и просить помочь? – с ужасом подумала она. – Да уж, представляю, как он обрадуется! Ну что же это, откуда он выудил конверт?! Здесь столько всякого хлама, половину точно нужно было выбросить!»
Она добралась до дна ящика, второпях уколола палец о подвернувшуюся кнопку, тихо ахнула, сунула палец в рот… И замерла. Она ясно услышала шаги в соседней комнате – там скрипел паркет.
Потом скрип замер. Долгая пауза. Варе показалось, что прошла минута, не меньше. Она даже не решилась выпрямиться – так и стояла над выдвинутым ящиком, сунув в рот уколотый палец. На языке появился соленый вкус крови. «Какой позор», – мелькнуло у нее в голове. Второй мыслью было воспоминание о двери в комнату. Она ее плотно закрыла, когда вошла сюда. Значит, Николай пока не знал, что в квартире есть кто-то, кроме него.
