… Para bellum! читать онлайн

А отменив приказ, Жуков возложил только на себя всю полноту ответственности. И то, что он, отстаивая свои решения, даже дерзил Сталину, говорило последнему, что этот подчинённый ответственности не боится. А такие подчинённые в жизни так же редки, как и жемчужное зерно в навозной куче.

Поясню эту мысль на примере эпизода боевой службы генерала Петрова, талантливо описанной писателем Карповым в романе «Полководец». К командующему фронтом Петрову, готовящему операцию по освобождению Крыма, посылают члена Ставки Верховного Главнокомандующего маршала Будённого.

И Петрову, и Карпову это не понятно, а для Сталина в поведении Петрова не было секрета – он видел, что Петров трусит брать на себя ответственность. Ведь если бы операция Будённого удалась, то Петров бил бы себя в грудь: «Мы с Семёном Михайловичем победили!!» А раз не победили, то Петров вроде ни за что и не отвечает – Будённый, дескать, виноват, а Петров не причём. И десятки тысяч советских солдат сложили головы в Крыму бесполезно из-за этой бюрократической трусости Петрова.

И чтобы в этом вопросе не ограничиваться только отечественными примерами, вспомните приведённый мною выше эпизод о том, как Гитлер снимал Рундштедта за разгром 1-й танковой армии. Рундштедт заявил, что в разгроме армии Клейста виноват сам Гитлер, так как это он дал приказ взять Ростов-на-Дону. А что – Рундштедт не понимал, что танковый клин Клейста может быть у основания подрублен Тимошенко? Гитлер за него должен был это обдумывать?

Зная бюрократию, как управленческое явление, могу сказать, что сам Рундштедт, а после войны и почти все немецкие генералы, видимо, был искренне уверен, что лично он отвечает только за победы, а за все поражения отвечает лично только Гитлер.

А Жуков (в войну) готов был отвечать за всё сам и, думаю, что именно за это Сталин искренне уважал его.