Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Смотреть на следующий день ездили тоже с Алиской — ей полезно отвлечься, а мне в её обществе как-то спокойнее… Маленькая кухня, проходная комната, коридор в полтора метра шириной… Сердце обливалось кровью, когда я, сжав зубы, давала согласие, даже слёзы выступили — не нравится мне тут… Но и поступить по-другому я просто не могу — я же с такой уверенностью говорила бывшему мужу о том, что всё уже решено, и я молодец, раз нашла самостоятельно себе квартиру…

Как и говорил Кирилл, нужны какие-то экспертизы, проверки и прочая ерунда… Денег, как оказалось, это всё стоит нереально много, ещё и услуги риелтора… Но мне хватает пока в любом случае, оплатить можно будет почти всё сразу…

О передаче денег за квартиру потом нужно будет договариваться с хозяевами, и тогда наконец появится повод поговорить с Кириллом… Скорее бы — нестерпимо хочется его увидеть…

Среди всей этой внешней суеты, которая почему-то совсем не касалась души, а словно проходила мимо меня, ложилась усталостью на плечи и вытягивала все силы, предложение Виталика съездить в пригород на местное водохранилище показалось едва ли не приглашением в кругосветное путешествие в каюте класса люкс на комфортабельном тихоокеанском лайнере.

Мы с Кириллом бывали там раньше…

Большой рубленый дом прямо в центре соснового бора, парочка сарайчиков с вёслами, черпаками, удочками, сетями и прочими рыболовными снастями, несколько маленьких охотничьих домиков в ряд для любителей сезонной охоты на уток и рыбалки, старый скрипучий причал, к которому привязаны пара десятков деревянных лодок с огромным нарисованным краской номером на каждой, запруда, заросли камышей и ковёр розовато-белых лилий на тихой спокойной водной глади… Никакого забора, только три огромных волкодава на привязи, умных и выдрессированных лучше любой полицейской собаки…

Мы приезжали с мужем сюда просто покататься на лодке, полюбоваться простором и высоким небом, покормить уток… Мне безумно нравилось смотреть, как Кирилл ровно и умело гребёт вёслами, как острый нос лодки разрезает тёмную глубокую воду, а над головой протяжно кричат чайки…

Так было раньше.

Уже лет семь, как на пенсию ушёл с должности егеря, проживающего там круглогодично, Матвей.