Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Спасибо скажешь потом, ког да откроешь!

Эсми с Карлайлом пожелали мне доброй ночи, так же, как и я, украдкой поглядывая на подозрительно апатичного парня.

На улице было прохладно и свежо. Я поспешила прочь от японских фонариков и ваз с розами, которые отныне будут напоминать о неприятном инциденте. Эдвард молча шел рядом, затем открыл пассажирскую дверь, и я покорно села в машину.

Новую магнитолу украсили красным бантом; его пришлось сорвать и бросить на пол. Когда за руль сел Каллен, я поспешно спрятала злосчастную ленту под сиденье.

На подарок он даже не взглянул, и я не решилась опробовать радио. В гнетущей тишине мотор ревел оглушительно. Эдвард гнал по темной дороге с невероятной для моего пикапа скоростью.

Затянувшееся безмолвие сводило с ума.

– Скажи что-нибудь! – взмолилась я, когда мы свернули на шоссе.

– Что, например? – холодно спросил Каллен. Зачем он так?!

– Скажи, что меня прощаешь! Бесстрастное, словно маска, лицо на мгновение ожило, перекосившись от гнева.

– Прощаю? За что?

– Будь я аккуратнее, ничего бы не случилось.

– Белла, ты порезалась упаковочной бумагой – за такое на электрический стул не сажают.

– Все равно я виновата.

Мои слова будто прорвали невидимую плотину.

– Виновата? Представь, что случилось бы, порежь ты палец в доме Майка Ньютона перед Джессикой, Анжелой и другими нормальными друзьями! В худшем случае они не смогли бы правильно наложить повязку. Даже если бы ты просто споткнулась и упала – а не была в панике сбита с ног, – чем бы это грозило? Ну, по дороге в больницу могла перепачкать кровью сиденья… Пока накладывали швы, Майк Ньютон держал бы тебя за руку, а не боролся с желанием убить на месте.

Белла, не перекладывай вину на себя, от этого мне только хуже.

– Каким образом в наш разговор попал Майк Ньютон?

– Майк Ньютон попал в наш разговор, потому что он, черт возьми, подходит тебе гораздо больше.

– Лучше умру, чем буду встречаться с Майком Ньютоном, – заявила я. – Лучше умру, чем буду встречаться с кем угодно, кроме тебя.

– Пожалуйста, только мелодрам не надо!

– А ты ерунду не говори!

Каллен не ответил, мрачно, без всякого выражения глядя в лобовое стекло.

Боже, ну как мне все исправить? Я ломала голову, но вот мы подъехали к дому, а на ум так ничего и не пришло. Эдвард заглушил мотор и сидел, судорожно сжав руль.

– Может, останешься? – спросила я.

– Мне нужно домой.

Больше всего на свете я боялась, что он впадет в депрессию.