Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я отправляюсь на поиски старины Доббса, и ты отправляешься со мной…»"

"Хопперу ничего не оставалось – очередного взыскания он боялся больше смерти, да и риск пропасть в тумане оценил, как неприемлемо высокий. Лишь спустя пару пройденных кварталов, до него дошло, что Бэнкс его провел и увязываться за толстяком не нужно было: сам Бэнкс также не мог разгуливать в одиночку. Но было поздно. К досаде Хоппера, до окончания расследования, он намертво приклеен к напарнику – куда Бэнкс, туда и Хоппер.

– Я в толк не возьму, почему ты вообще решил заняться поисками Доббса, – сказал Хоппер.

– Вы же с ним не особо ладили. Помню, как он назвал тебя Протухшим Студнем.

Бэнкс разгрыз особо крепкий каштан и ответил:

– Ты так ничего и не понял, да? Плевать мне на Доббса. «Д-об-ИК» – дельце необычное. Гоббин сам не свой. Все стоят на ушах. Как думаешь, кто тут же станет героями дня, когда отыщет пропавших? Это наш шанс проявить себя и…

– Не продолжай.

– А вот и продолжу. Повышение, Хоппер. И новенькие паровые самокаты, о которых мы всегда мечтали.

Все это нас ждет там, где сейчас Доббс и остальные. Это тебе не какой-то дурацкий Черный Мотылек и даже не похищенный миллион. На этот раз мы точно справимся – мое чутье меня не обманывает.

Хоппер тяжко вздохнул.

– Не придется нырять в канал?

Бэнкс широко улыбнулся – все его зубы были в золе от каштанов.

– Даю слово. Даже если пропавшие на дне – прикидываются сомами. Но что-то мне подсказывает, что они не там.

– Ладно, Бэнкс. Тут ты прав: дельце всех перебудоражило.

Самокаты могут и выгореть. Но знай: если нас прирежут или мы сами исчезнем, я тебя лично придушу.

Бэнкс хмыкнул и кивнул на хозяина жаровни.

– Так что ты думаешь об этом торгаше?

Торговец уселся на стульчик и, искоса поглядывая на констеблей, принялся заготавливать и лущить каштаны, снимая с них покрытую шипами зеленую кожуру.

– Я думаю, что он очень храбрый.

Бэнкс выпучил глаза.

– Чего?