Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

В проёме кухни стояла расстроенная госпожа Бригитта и качала головой:

— Я же говорила, что к хозяину сегодня лучше не ходить.

Ника замедлила шаг:

— Не переживайте, он поест. Вот увидите, успокоится и поест. Зверский аппетит на подходе, — голос прерывался.

— Зверский? Такой бывает?

— Я оказала на вашего любимчика сильное психологическое давление, и теперь его организм потребует восполнения энергии, захочет порадовать себя вкусной едой. Подайте ему рыбу с черносливом.

Уходила раздраконенная, злая. В душе раскалённой лавой клокотала обида.

Заталкивая за лиф бархатный лоскут с серьгами, норовивший выскользнуть из дрожащих пальцев, бормотала:

— Дурак… Какой дурак…

Не плакала. Прижимала к груди свои расчёты:

— Справлюсь и без тебя, Ван дер Меер. Иди к чёрту…

Глава 40

Осознав, что ругается и думает на русском языке, Ника горько усмехнулась и прислушалась к себе. Показалось странным, что в ход её мыслей не вмешалась Руз. Неужели Неженка отстала от неё? Быть может, её душа подыскала для себя подходящий сосуд, обживается в нём, занята чужими проблемами, которые в ближайшее время станут её?

Если бы Нике сию минуту представилась возможность вернуться в своё время, она бы не колебалась, ушла бы не оглянувшись.

Ван дер Меер? К чёрту его! Какой смысл думать о мужчине, для которого ты пустое место?

Ника миновала свой двор, вошла в дом и поднялась в комнату. У кровати стояли два дорожных ящика — вместительных и тяжёлых.

Девушка подошла к зеркалу и придирчиво всмотрелась во всё ещё непривычные черты чужого лица.

Несмотря на миловидность Руз, знатное происхождение и полученное образование, у неё не было ни близкой подруги, ни поклонника. Скорее всего, подруг для неё выбирали мать и брат. В своё время прекратилось общение Руз с некой Аделхейт, которая вышла замуж, живёт во Франции и которая не нравилась госпоже Маргрит. Взамен настойчиво навязывалась дружба с Виллеминой. Поклонник? Зачем он Руз, если есть госпожа Сникерс, которая всё устроит наилучшим образом?

Ника машинально укладывала отобранные вещи в сундук.

Дождётся кузена, продаст ему за сто гульденов бизнес-проект похоронного бюро и уйдёт в гостевой дом господина Киккерта. А дальше будет видно.

Наполнив вещами первый сундук, девушка бросила на его крышку бизнес-проект кофейни. Листы помялись и перемешались. Сложить их, пронумерованные по порядку, дело одной минуты. Кстати, Ван дер Меер делал в них пометки.

«Ну конечно», — хмыкнула Ника, перекладывая и просматривая бумаги.