Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Стыдись и смотри, как должен выглядеть настоящий хозяин неба.

— В рот мне ноги! — раздался слева возглас егеря. — Чингачгук, ты ли это? Хао, мы пришли с миром!

— И тебе не оказаться под открытым небом большой ночью, незнакомец. — на лице Сана не дрогнул ни один мускл.

— Твою кочерыжку, вылитый индеец! — как-то заворожённо прошептал Виктор. — Командир, ущипни, а! А то у меня этот, как его, дежавю, вот. И этот, рядом, вылитый Беззубик на минималках. Такой же милый.

— Отставить шизофрению. — приказал я, и, шагнув вперёд, поздоровался с некоши принятым у них жестом — коснулся плеча ладонью.

— Здравствуй, Сан.

— Здравствуй, Аудрэй. Вижу, ты взял силу красного брата. — некоши указал на мой наруч. — Хороший выбор. Скорость и крепость мышц — хорошие усиления для охотника.

— Ты можешь видеть мои мутации? — удивился я.

— Да, это одна из моих способностей. Мы, перворожденные, с изменением цвета кожи, начиная с жёлтого, приобретаем усиления, как и чужаки.

— А цвет, он меняется с возрастом? — спросил Виктор, внимательно слушавший Сана.

— Да, и нет. Те перворожденные, что берут на себя долг крови младших братьев, становясь охотниками, иногда пьют кровь своей добычи. Так они меняют цвет кожи вне возраста, и получают от добычи усиления.

— И сколько усилений вы можете так получить?

— Помимо тех, что дарует Эмао? С каждого цвета по одному, но обычно не больше двух. Раньше наши охотники не пили кровь, но пришли чужаки, и стали убивать перворожденных. У нас не осталось выбора.

— Вы проигрываете чужакам? — задал я вопрос, ответ на который так и не получил от Саяна.

— Мы на грани порабощения, или вымирания. — хмуро произнёс абориген. — Лишь старшие братья сдерживают чужаков, но их, после каждой большой ночи всё меньше и меньше.

— Откуда ты знаешь, что их всё меньше? — по-любопытствовал Виктор.

— Мы, перворожденные, чувствуем это.

— Сан, я слышал, вы не убиваете старших детей Эмао. Но для того, чтобы покинуть зону, тебе придётся испить их крови.

— я, не отрываясь, следил за выражением глаз аборигена. От моих слов они потемнели, краснота в зрачках почти почернела.

— Значит мне придётся забрать жизнь одного из старших. — хрипло проговорил Сан. — А если придётся, то и двух.

— Твою же бабушку, я в огороде видел. — проворчал Виктор. — Надо же было вляпаться в интриги на старости лет. Эх, Витенька, говорила тебе мама — будь как все, не ходи так часто в лес…

— Отставить разговоры! — оборвал я землянина.