Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И вдруг снова почувствовала внутри мягкое прикосновение. Это было настолько трогательно и восхитительно, что у меня от счастья перехватило горло. Казалось, малыш пытается меня успокоить. Аккуратно положила руку на только еще начавший расти живот, слегка погладила, нежно и ласково, как хрупкого котенка, и подумала: «Спи, моя малышка.

Не стоит волноваться: мама со всем справится. Спи, мое маленькое счастье!».

Ребенок как будто услышал меня: еще одно бархатное прикосновение – и он затих. От этой простой и, в общем-т, совершенно ожидаемой физиологической реакции я странным образом успокоилась и достаточно быстро задремала.

Но, кажется, даже во сне я улыбалась. Да и сам сон был совершенно восхитительным: я гуляла по цветущем лугу с маленькой кудрявой девочкой, которая, чуть косолапя, пыталась убежать от меня и восторженно смеялась, когда я ловила ее и крепко целовала теплые тугие щеки, слегка перемазанные желтой цветочной пыльцой. Утром я встала в прекрасном настроении и полностью уверенная: у меня будет дочь!

Однако никакие проблемы никуда не делись, и за неимением Освальда рядом, решать мне придется самой.

С самого утра меня навестил капрал Прессон и отчитался о том, что смог узнать после допроса пленных.

После завтрака я навестила раненых, узнала, что состояние барона и Ханса не изменилось, сходила на кухню и распорядилась не трогать Фанну до вечера и кормить ее не кашами, а по солдатской норме – с мясом и сыром. И с чашкой чая уселась у окна: надо было еще раз хладнокровно обдумать все, что я знаю, и принять решение.

***"

"Жил-был на свете барон фон Трокер. Баронство он принял после смерти отца и именно тогда вусмерть разругался с родным младшим братом. Старый фон Трокер, прежде чем умереть, обещал младшему отписать две весьма зажиточных деревеньки. Но поскольку завещания старик так и не оставил, то новоявленный барон фон Трокер решил не разбазаривать добро. Так что младшему брату, баронету фон Трокеру, пришлось довольствоваться единственной деревушкой, доставшейся ему после смерти матери.

Вскоре новоиспеченный барон женился на симпатичной соседке с хорошим приданым, и баронство слегка приросло землями. И все бы в жизни барона было замечательно, вот только жена никак не могла родить наследника. Год от года отношения между супругами становились все хуже, барон даже стал иногда поколачивать жену. Но на шестом году супружеской жизни Господь благословил семью. Правда, благословил как-то не слишком удачно – родилась девочка.