Нина удивленно пожала плечами и сказала:
-- Так всем подряд красят, госпожа. Только потом надобно цвет-то закрепить. Вот, смотрите-ка… – Нина потянула пальцами край собственной коричневой блузы. – Это вот я сама старой свеклой красила.
Я присмотрелась: цвет был не слишком насыщенный и, честно говоря, скучноватый. У местных в одежде вообще не хватало ярких цветов. Раньше я об этом не задумывалась. Но если вспомнить одежду горожанок, то получалось, что основные цвета: желтовато-песочно-бежевые и желтовато-коричневые.
Иногда встречались бледно-зеленые или бледно-голубые. Но они, как правило, появлялись в одежде более-менее состоятельных людей. Яркие цвета и привозные ткани были доступны только местной аристократии и самым богатым горожанам.
Однако в любом случае Нина знала о местных красителях гораздо больше, чем я. Так что, вытащив две своих ниточки из кипящего раствора, я отложила остальные, подсела к служанке за стол и, придвинув к себе часть крупы, чтобы не сидеть просто так, скомандовала:
-- Рассказывай!
Часть растений, о которых говорила Нина, я даже знала.
Правда, очень небольшую часть. Но поскольку тяга женщин к красивому была неистребима, а привозные цветные ткани стоили слишком дорого и были крестьянкам не по карману, всю одежду испокон веков они красили себе сами. В ход шло абсолютно все: кора и листья, цветы и корни растений, ягоды и корнеплоды, а также соль, вино и уксус."
"-- Ежли, госпожа, вы ягодами пользуетесь, то тогда надо крепкий соленый раствор. А ежли овощами красите, хоть бы даже и той же свеклой, это уже уксус потребен.
Ежли в энту свеклу уксуса добавить, цвет куда как красивше будет. Только, сами понимаете, уксус – это для господ, больно оно дорого выходит. А уж на покраску такое добро потратить и вовсе немыслимо! У нас на селе модница есть одна, Гадула по имени. Все хотела блузку яркую, прям барскую. Так она прошлый год по осени, как на рынок торговать ездила, денег утаила от мужа и уксуса себе прикупила. А только ведь он пахнет сильно, госпожа Клэр! Вот дождалась она, пока муж-то ейный в соседнюю деревню на подмогу родне ушел.
Почала она кофту красить, а тут раз – и мужик-то вернулся – струмент, сказывают, забыл дома. Как он унюхал это дело, да как огневался на неё! Ой, что было! Он со злости-то ее за косу схватил и в тую миску мордой тыкать начал! Да не один раз и не два, госпожа Клэр, – Нина беззлобно улыбалась, вспоминая историю. – Оно и в самом деле, цвет оченно красивый получается.
