Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Бокал выпал из моих разом ослабевших пальцев.

Глава 5

На инстинктах я подалась вперёд, но раньше меня успела леди, облачённая в кремово-бежевый мундир с яркими изумрудными пуговицами. В сочетании с длинной юбкой форма выглядела странно. И откуда взялась эта леди? Телохранитель-невидимка? Мысли проносились где-то на краю сознания, я напряжённо наблюдала за леди.

Она явно была магом жизни, зелёный свет потёк из её ладоней, дымка охватила цароса, впиталась в тело, но… Леди опустилась на колени, проверила пульс и отстранилась:

— Его Царосское Величество мёртв.

Её взгляд метнулся ко мне. Нет, не ко мне, а к оказавшемуся рядом со мной Ирсену.

Если цароса уже признали мёртвым, значит…

— Платок мне!

Время, казалось, замерло. С момента падения, я мысленно отсчитывала, прошло двадцать семь секунд. Шанс есть.

Я упала на колени рядом с царосом, скальпель прыгнул в руку, даже не скальпель, укороченное острое лезвие, почти незаметное в ладони. Одним взмахом я распорола одежду, освобождая грудную клетку.

— Что вы…

Ирсен блокировал леди. Не знаю, что он сделал, но она замолчала, а больше ко мне никто не лез. Где-то на задворках сознания билась мысль, что проиграв смерти, я только усугублю наше положение, что безопаснее для меня, как с той моей пациенткой, с которой всё началось, позволить умереть. Но я не могла.

Пульса нет, дыхания нет. Я запрокинула царосу голову, выдвинула вперёд челюсть. Теперь руки на нижнюю часть грудины и череда ритмичных нажатий. Зажать нос и сделать два выдоха в рот, снова непрямой массаж сердца, отсчитать сжатия и вернуться к искусственному дыханию.

Делая выдох, я смотрела на грудную клетку — поднялась! Увы, это значит лишь то, что дыхательные пути не перекрыты и я всё выполняю правильно. Непрямой массаж…

Через две минуты я остановилась. Пауза в три-пять секунд позволительна. Я должна увидеть, если ли эффект.

Пульса не было. В принципе не страшно. То есть страшно, но Ирсен, говоря о проклятом жемчуге упомянул, что он вызывает остановку сердца.

Если яд напрямую не вызывает отмирание мозга, то у меня есть шанс.

Я продолжала считать, полностью сосредоточившись на реанимации.

Пять минут, семь… Очередная крошечная пауза, и сердце всё ещё не бьётся. А если оно убито? Нет, о таком лучше не думать. Сейчас вообще не нужно думать, нужно считать и чередовать нажатия и выдохи.

Двенадцать минут…

Я чувствовала, что устаю. Доставшееся мне тело не привыкло к физическим нагрузкам, мне бы передышку.