Словно тут кем-то стену с размаху пробили. Щупленькая девушка, хоть с трудом, но пролезет. А вот огромное чудовище точно нет. И это меня вдохновило. Я снова попала в освещенный коридор. Замерла, прислушиваясь. Характерное буханье лам и рык доносился слева. Я, разумеется, побежала направо. И бежала я очень быстро. На всякий случай, чтобы увеличить расстояние с Амат. Вроде получилось. Коридор слегка расширился. Я на пути к выходу! Я еще ускорилась. Ноги уже подкашивались от усталости, голова кружилась, о внутренностях лучше и не думать.
По ощущениям они там в кровь между собой перетерлись. И тут позади я услыхала демоницу. Наверное, она меня почувствовала. И тоже ускорившись, стремительно нагоняла. До широкого арочного проема, который точно был выходом из этого ужасного лабиринта, осталось метров пятьдесят. Слегка в горку. Я еще поднажала. Уверенность, что испытание закончится, едва я достигну арки, крепла с каждым шагом. Еще чуть-чуть! Совсем чуть-чуть. Позади плевалась слюнями Амат. От ее рыка вокруг меня вибрировал воздух.
Но я все-таки влетела в арку. Все! Финиш!"
"Я огляделась. Вокруг заляпанные бурыми пятнами стены небольшой пещеры, заваленной всяким хламом. Вонь такая, что глаза слезятся. Интересно, древнегреческий Тесей умел ругаться? Вот чтобы он сказал, если бы вместо выхода из лабиринта нашел логово монстра? Прямо как я сейчас. Шит! Ну да, по- древнегречески я не умею. Зато умею по- древнеегипетски: грязное дерьмо самого грязного демона. Ах да, тут это не ругательство, а констатация факта.
Тут этим дерьмом все углы завалены. Иначе чего так воняет? Я развернулась, в надежде успеть выскочить из ловушки. Только вот поздно. Проем уже закрыла огромная зубастая зверюга. Чтобы усилить эффект тварь поднялась на задние лапы, изогнулась и огласила пещеру победным рыком. В меня прилетели желтые вонючие слюни. Я попятилась. И пятилась, и пятилась, пока не уперлась спиной в стену. А динозавриха все еще стояла в проеме арки и сверлила меня злобными глазенками. А может и не злобными, а просто голодными.
Может быть зеленолицый изверг Осар ее не кормит перед судом. А если учесть, что суда тут нормального тысячи лет не проводили, так бедняжке Амат стоит посочувствовать. Только вот меня на сочувствие к ней совсем не пробивало. Хотелось бороться за жизнь. Не даться гадине мягкой игрушкой на растерзание. Я сжала кулаки. И тут почувствовала ногой палку. Длинную, прямую, похожую на древко оружия. Ну, хотя бы не голыми руками отбиваться. С палкой-то веселее сражаться.
