Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— А потом в критической ситуации надел на Веронику свое защитное кольцо. Ричард, распорядись насчет ужина, я поем у вас. И перстень рода Рэ принеси.

Он осуждающе оглядел нас и покачал головой:

— Как дети малые, право слово…

— Но… — Сын не спешил выполнять приказ отца.

— Ничего я твоей невесте не сделаю. Изволь выполнять.

Милорд Верд не смог ослушаться прямого приказа. Он поднялся с диванчика, коротко поклонился и вышел из гостиной.

— Вероника, — обратился ко мне император. — Я выдвину вам только одно требование, но я желаю, чтобы оно выполнялось неукоснительно.

— Да, Ваше Величество.

— Вы можете выяснять с моим сыном отношения вволю. Ругаться с ним, трепать ему нервы. Это ваше право. И кстати, это ему даже полезно… Единственно, на чем я настаиваю, — это на вашей безопасности. Вы ни при каких обстоятельствах не будете снимать перстень рода Рэ. Это самый сильный защитный артефакт, который только есть в Империи. И как бы ни сложились ваши отношения с Ричардом, я не хочу, чтобы он сходил с ума оттого, что не уберег любимую.

— Вы делали этот артефакт для мамы Ричарда? — тихо спросила я.

— Я не делал его, перстень был в семье Рэ с незапамятных времен. Но дед Милены был вынужден продать часть родовых сапфиров. Я выкупил этот перстень, усилил защиту, доведя ее практически до совершенства. И надел на Милену. К сожалению, больше я ничего не смог сделать…

— А как же тогда получилось, что…

— Моя возлюбленная погибла? — Он посмотрел на меня совершенно пустым взглядом.

— Простите, — прошептала я.

— Ничего… Я это уже пережил. — И он закрыл глаза, похоже, что-то вспоминая.

Послышались звуки из столовой — видимо, слуги выполняли распоряжение милорда и накрывали стол к ужину. Император вздрогнул и очнулся.

— Она бросила им в меня, сообщив, что отпускает. Что устала от наших отношений. Что мы и не вместе, и не порознь… Что она хочет дочку — но у нас ее никогда не будет. Чтобы я убирался к жене. Я никогда себе не прощу, что ушел тогда и забрал этот перстень. Хотел дождаться, пока любимая остынет… А получилось так, что попал на похороны.

И я даже не смог увидеть ее в последний раз — она была изуродована так, что гроб был закрытый.

— Сочувствую. — Я вытерла слезы.

— Спасибо. Но посочувствуйте и Ричарду. И не снимайте перстень. Будем считать это моим приказом. Вы выполните его, миледи?

— Да, Ваше Величество.

— Мы все — и я, и Ричард, и Брэндон — вы, кажется, с ним уже познакомились…

Я кивнула.

— Так вот, мы все очень одинокие люди.