Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А теперь…

— Артисток мало, а желающих стать ими много, — хмыкнул парень, — тут мало иметь талант, надо еще оказаться в нужное время, в нужном месте. К тому же не стоит им завидовать, ты же видишь только глянец, сказку, а как они живут на самом деле, мало кто знает. Лично я очень сомневаюсь, что жизнь у них такая же, как на экране или в театре. Давай я о тебе песенку спою.

— А ты можешь играть на фортепьяно?

— Не знаю, еще не пробовал. — Заявляет Виктор, выкручивая высоту стульчика.

Первые аккорды, которые новоявленный пианист попытался взять, напоминали старания ученика, но не успела Катя съязвить по этому поводу, как вдруг его пальцы стали извлекать из инструмента вполне приличную мелодию.

— Ты смотри, — удивился он, — оказывается на фортепьяно играть не так уж сложно.

А потом, улыбнувшись, он начал петь:

— Кружатся, кружатся, кружатсяЛистья над головой,С кем тебе, милая, дружится,С кем ходишь ты домой?А потом начался припев:

— Катя-Катерина маков цветБез тебя мне сказки в жизни нетВ омут головою если не с тобоюКатя-Катерина эх душаДо чего ж ты Катя хорошаЯгода-малина Катя-Катерина[1]— Так вот о какой песне он говорил, — подумала девушка, — а аккорды хоть и простые, но играет он совсем не как начинающий.

— Ты обманщик, — заявила она, сделав обиженное лицо, — специально все подстроил.

— Конечно специально, — не стал отрицать Виктор, — я очень надеялся, что ты не сможешь удержаться, от того чтобы не сесть за инструмент. Пойдем лучше кино смотреть, как раз время подошло.

Глава 8

Я в сотый раз опять начну сначала

Вызов от главного инженера авиационного завода поступил только на двенадцатый день, я уж потерял всякую надежду. Израиль Соломонович поступил грамотно, приглашение мне передали через Горшкова, ничего подозрительного в этом не было, контакты руководства заводов по технической и организационной стороне вопроса происходили постоянно.

— Ну, а теперь слушаю вас, молодой человек, — заявил Левин, когда я попал к нему в кабинет.

Что ж, мне есть что сказать. И я прочитал ему кратенькую лекцию, где-то на полчаса, по зарубежным разработкам перспективных летательных аппаратов и двигательных установках. Потом выдал собственный прогноз развития отечественной авиатехники, но без конкретики, обвинение в шпионаже мне ни к чему.

— Хм, — задумался директор, — можно спросить, откуда эти сведения?

— Тут есть одна сложность, — напрягаюсь я, — пока я не могу открыть источник этих знаний.