Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Она руководила также и тобой, не правда ли?

Вирджиния опустила глаза.

– Что случилось с… ним?"

"– С твоим мужем? Он, похоже, остался единственным человеком, сохранившим рассудок, когда твоя мать потеряла сознание. Ты, больная, лежала в одной комнате, твоя мать – в другой, и все мечутся из стороны в сторону, делая дикие предположения и не предпринимая ничего конкретного! Адвокаты, душеприказчики – все появились как по мановению волшебной палочки и устроили такой бедлам, что стало почти невозможно что-то организовать.

Именно тогда я поговорила с твоим мужем и предложила увезти тебя к себе на ферму. Я сказала ему, кто я такая… рассказала о своей квалификации, и он немедленно согласился.

– Так вот как я попала сюда. Он тоже… был огорчен? – спросила Вирджиния.

Ее тетя покачала головой:

– Нет, он просто сочувствовал. На самом деле, Вирджиния, он мне понравился.

– Я ненавидела его! – заявила Вирджиния. – И все еще ненавижу его! Но теперь, когда мама умерла, мне нет нужды продолжать свое замужество, не так ли?

– Мы поговорим об этом в другой раз.

– Нет, я хочу поговорить об этом сейчас! Понимаешь, тетя, мама заставила меня выйти замуж за человека, которого я прежде не видела, просто потому, что ей хотелось показать другим дамам в Нью-Йорке, насколько она превосходит их. Мама хотела соперничать с миссис Астор, и, что бы я ни говорила и ни делала, ничто не могло изменить ее решения.

Я категорически отказалась, мама пригрозила, что, если я так поступлю, она отошлет меня к кузине Луизе, где я пробуду до двадцати пяти лет.

– К Луизе?

Илайа Мэй поднялась и прошлась по комнате.

– Было бы жестоко, очень жестоко поступить так.

– Так что у меня не было выбора, – продолжала Вирджиния. – Я должна была делать то, что она хо-. тела. И я возненавидела этого человека. Никогда, никогда не хочу снова видеть его!

Впервые в ее спокойном голосе прозвучала страстная нота. Тетя вновь подошла к Вирджинии и осторожно опустила ее на подушки.

– Тебе не следует ни говорить, ни переживать по этому поводу, – сказала она.

– Успеешь обдумать все позднее. Ты была серьезно больна, Вирджиния, и нужно вести себя очень осмотрительно, чтобы быстрее восстановить свое здоровье. Ни о чем не беспокойся. Все образуется, обещаю тебе.

Несколько минут Вирджиния пребывала в волнении, а затем внезапно произнесла с легким смешком:

– Он, должно быть, тоже ненавидит меня. Он не знал, что получит, до того момента, когда мы с ним оказались перед епископом.