Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Третьим с парнями стоит мой друг Максим — как всегда в бейсболке и в дутой куртке-безрукавке, наброшенной на футболку, он широко улыбается. Этот парень за последнее время умудрился стать просто незаменимым, развлекая своим присутствием, как Ярослава, так и меня. И, если честно, я не ожидала, что он окажется таким преданным. Это Максим первым приехал сдать кровь для моего мужа, и подтянул ребят из офиса. Это он носил мне из ресторана каши и свежие персики. Травил анекдоты и прочую ерунду, в первые дни не давая сойти с ума — потому что не было сил говорить, только надеяться.

И подозреваю, это он первым возвращал Борзова к жизни. Просто потому, что вынести тяжелый характер Ярослава и расшевелить мог только Зощенко."

"— Привет, Мариш! — здоровается со мной Максим, тоже приложившись к щеке. Отобрав у Ярослава букет, торжественно вручает тюльпаны. — Держи цветы, Борзова, твой муж их сам выбирал! Только представь, два раза меня в магазин гонял, пока нашел тот, который сможет поднять.

Но что не сделаешь для дорогого брата!

— Максим, что сказал врач? — спрашиваю я парня, давно привыкнув к его шуткам и зная, что Борзова пытать бесполезно. — Он хоть какие-то рекомендации дал? Или, может, выписку?

Максим пожимает плечами.

— А кто его спрашивал? Твой муж просто собрался и ушел. Я его предупреждал, что будут проблемы, а он: «Не лезь, Макс, не в свое дело». А как не лезть, когда вы мне, считай, родные люди!

Мимика у Зощенко очень живая, он говорит убедительно, и Игорь удивляется, ухмыляясь над парнем:

— Борзов, у тебя появился брат — вот этот коротышка? Почему я впервые об нем слышу? Ты по отцу или по матери родственничек, приятель? — усмехается.

— Что-то я не заметил между вами сходства.

— По крови, чувак, — не обижается Максим, вернув Серову ухмылку. Полноватый Зощенко действительно ниже обоих парней, но простачком никогда не был. — В Яром теперь течет целая пинта моего уникального кода! Яр, скажи это круто, иметь кровного брата? — обращается к Ярославу, но тот лишь хмуро разжимает губы, продолжая обнимать меня за плечи:

— Обдрыстаться от радости.

— Вот, не благодари! А я-то как рад, чувак! Я давно говорю, что наше знакомство — это знак! Вот увидите, я буду самым лучшим крестным отцом вашему ребенку. Заметано!

Сегодня даже мне не угнаться за логикой друга, хотя до сих пор у меня не возникало с этим трудностей.