Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Одна крепко обнимает за грудь, прижимая к себе. Вторая приятной тяжестью ощущается на талии. Мы в его номере. На его кровати.

Оглядываюсь. Солнечный свет бьет сквозь расшторенные окна. Покрывало валяется где-то у нас в ногах. Подушки в полном беспорядке раскиданы по спальне. На прикроватной тумбе упаковки презервативов. У нас был секс…

Фантастический, невероятный, жаркий секс!

Ох…

Ровное дыхание и мерно вздымающаяся грудь Нагорного говорят о том, что парень крепко спит. Мое сердце фигачит на запредельных, как у загнанного в угол зайца.

Господи, зачем?! Как вообще это произошло?!"

"Нет, разумеется я помню, «как». Страстно. Долго. Много! Но это не отменяет того, что это было страшно глупым и недальновидным поступком с моей стороны. Мозг вчера в лифте позорно капитулировал. Отдал управление телом… нет, не сердцу. Какой-то совсем другой моей развратной части. Она теперь слегка поднывает от бесцеремонных и далеко не нежных вторжений.

Сережа реально в этом хорош. И это – трындец! Еще вчера днем мы дружили, а уже сегодня ночью…

Прикусываю губу, тихонько взвыв.

Долго удивлялась, почему все бабы на него так падки, да, Стеф? Сама же и не устояла. Зато теперь лично знаешь, как он это делает. Сводит женщин с ума до того состояния, когда трусы слетают сами по себе. Не важно: в номере вы, в лифте, в ванне, на балконе или… Позорище! У нас это было везде. Четыре раза за ночь – я не уверена, что мои ноги смогут сегодня куда-то идти. Разве что ковылять.

Это было шикарно, но стоило ли того? Два года знакомства, год дружбы – все псу под хвост.

А нам еще работать вместе!

Надо сваливать. Срочно. Судя по солнцу – уже позднее утро. Не знаю, как долго Нагорный любит топить в подушку, но пока он сладко спит, у меня есть шанс уйти незамеченной.

И? Дальше-то что?

Об этом я подумаю потом. В следующей жизни. Или хотя бы после убойной дозы кофеина с коньяком. Когда в голове прояснится.

Осторожно выныриваю из крепкой хватки парня. Перекатываюсь на край постели. Матрас прогибается. Простыни предательски громко шуршат.

Сережа завозился. Возмущенно пробормотал что-то типа:

– Еще пять минут… – и снова сладко засопел, переворачиваясь на живот.

Я обомлела. Боги, какая у него шикарная задница! Рельефные, подкачанные упругие ягодицы. Аж руки зачесались. Захотелось в прямом смысле жмякнуть пару раз…

Стефания, очнись!

Подбирая отпавшую челюсть, поднимаю свои нижние девяносто с кровати. На цыпочках, по стеночке, боком, выскальзываю с поля боя. Из спальни, короче.