Изобличитель. Кровь, золото, собака читать онлайн

Французским кварталом его прозвал в незапамятные времена какой-то острослов, и оно прижилось.

– Митя, он ведь к мадам Аверинцевой зашел? – спросил Ахиллес.

Митька кивнул, все еще с пунцовыми щеками. Поднял глаза:

– Я бы придумал, как побыть поблизости, не вызывая подозрений и не нарушая правил поведения. Вот только запретное время близилось, я едва домой успевал, пришлось уйти. «Аспиды» стаями на охоту должны были выйти. «Аспиды», Ахиллес Петрович, – это…

– Не надо объяснять, Митя, – с улыбкой сказал Ахиллес.

 – Я же полный гимназический курс кончил. У нас все то же самое было. Только звали мы их не «аспидами», а «лайками». Лайка, Митя, – это охотничья собака. Здесь, в России, их нет, а у нас в Сибири имеются во множестве. И по следу хорошо ходит, а уж если в зверя вцепится, даже в медведя, не отдерешь…

Действительно, к чему пояснять то, что прекрасно знакомо любому гимназисту, пусть бывшему, давно окончившему курс? Жизнь гимназиста кое в чем похожа на жизнь солдата, ибо опутана множеством ограничений.

Ношение форменной одежды необходимо и во внеурочное время, находиться на улице после определенного часа запрещено, настрого запрещено посещение театров (кроме специальных детских представлений) и прочих увеселительных заведений, вполне респектабельных. Гимназические инспектора и классные наставники только тем и заняты, что в гимназии следят, чтобы поведение учеников было самым благонравным, – а во внеурочное время, особенно ближе к вечеру, прямо-таки рыщут по городу, старательно охотясь на нарушителей гимназических уставов. Карцер и розги, правда, отменены, но не так уж и давно…

Однако… Как выразился какой-то острословец, законы издаются для того, чтобы их нарушать. Второгодничество в гимназиях не редкость, так что среди старшеклассников не так уж и редки персонажи лет восемнадцати, а то и девятнадцати. Главным образом они, одевшись во взрослое платье, и проникали не только в театры и кафешантаны с ресторанами, но и в публичные дома.

И попадались далеко не все. Тут уж свою роль играли чисто арифметические пропорции: великовозрастные нарушители гимназических уставов многократно превосходили числом инспекторов и классных наставников, да и удача играла свою роль…

– Ну что же, ступай, Митя, – подумав, сказал Ахиллес. – Упрекать тебя не в чем, и ты сам себя не упрекай. Сделал все, что мог.

Митька пошел к двери крайне неохотно, скорее уж побрел.