Научи любить читать онлайн

Закрываю глаза. Встаю в стойку. Вдох-выдох. Левой сбоку, прямой правой, апперкот. Снова и снова. Отработанная серия ударов. С каждым выдохом все сильнее, мощнее, вкладывая всю злость и непонимание. С собственной кровью вышибая из головы ее образ и выдирая из памяти совсем другой.

Тяжело дыша, падаю на колени, с ужасом понимая, что забыл. Я забыл Лильку. Как она выглядит, какого цвета у нее глаза, как ходит, во что одевается. Я забыл, как она пахнет. Рыча, я деру на себе волосы, пытаясь вспомнить. Но в голове лишь размытый образ: белокурые волосы, голубые глаза и родинка на щеке.

Или нет никакой родинки? А глаза действительно голубые? Не помню! С ревом подскакиваю на ноги и к груше. Бью прямыми в самую середину. Третий удар приходится в пустоту. И не рассчитав силы, я валюсь вперед.

Пол оказывается твердым и холодным, а носок пнувшего меня ботинка еще и острым. Жгучая боль прошивает бок, а ботинок вновь взлетает в воздух и замирает окриком: «Отставить!»

Зычный голос взрывается в голове звоном и шум в ушах перекрывает все остальное, остается фоном.

Меня резко поднимают. Встряхивают, как мешок. Звон откатывается свинцовым шариком в затылок, а я могу различить голоса.

— Резвишься, парень? – высокий крепкий мужик в штатском явно из военных. Седой, с косым шрамом от уха до подбородка, он смотрит пристально и оценивающе. За его спиной маячит худосочный в темной форме с автоматом наперевес. Еще двое держат меня. — Это хорошо. Злой и голодный зверь, – криво усмехается. — Ведите.

Сзади пинают в спину.

И я двигаю следом за седым. Коридор вьется серым лабиринтом то вверх, то вниз. За очередным поворотом появляется массивная железная дверь. За ней ступени и могильный холод. В проходе я замираю, глядя в чернильную пустоту.

— Че застыл? Двигай давай! – и снова тычок в спину.

Спускаться страшно. Кажется, если я дойду до самого низа – стану мертвецом. Умирать не хочется. Там, на воле, меня ждут. И ради той, что зовет каждой ночью, стоит выжить. Сжав кулаки, я ступаю на металлические ступени.

ГЛАВА 8

Сейчас.

"

"— Я выжил, – говорю после долгого молчания, стряхивая воспоминания. Макар выжидает. Думает, я стану откровенничать? Пусть знает, что я там был и дрался, чтобы выжить и чтобы выжил Плаха. Этого достаточно. Потому что о том, что было там в действительности, не говорят, но и не забывают. О том пьют молча, не чокаясь. Потому что когда из дюжины своих, от воришки до убийцы, остается только двое – не о чем говорить. Только помнить.

И я помню каждого из них.