Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

«Ты испортила свой собственный первый поцелуй», – мысленно объяснила себе Карина. Хотя если на то пошло, то в лесу надо было целоваться, теперь уже момент упущен.

– Пока не выпьешь суспензию от кашля, никуда не пойдешь, – сердито сообщила И-ин, выбираясь из какого-то укрытия. – И туфли надень, и накидку, не госпожа, а горе мое…

В коридоре к ним присоединилась Эррен. В темно-зеленом, очень открытом и при этом хитро драпирующемся платье она походила на статуэтку. А еще она злилась, вертела кольцо на пальце и кусала губы.

– Вы представляете! Великий мастер отклонил приглашение на бал. Сказал, что будет любоваться яблонями из замковой обсерватории. В компании Кру, в тишине и покое, понимаете ли. Пришлось принять предложение Рейберта Гарда. Правда, в последний момент… четверть часа назад, если точнее… Он вообще уже в зале.

– Оу, наконец-то я увижу эту живую легенду, – поддела Карина тетушку. – А что, больше тебя никто не пригласил?

– Что? – удивилась та. – Остальным я давно отказала.

Ну и кому тут скоро аж целых четырнадцать?

Их путь лежал по коридорам здания ратуши – от комнат Эррен до главного зала.

То тут, то там им встречались пары и компании нарядно одетых взрослых и детей. Возле зала Эррен указала им на высоченные двери и велела веселиться.

– Думаешь, получится? Мы же никого тут не знаем.

– Фигня, познакомимся. – Митька подхватил ее под руку и почти волоком втащил в зал.

Глава 36

Бал

Распорядитель глянул на них через висящий в воздухе и переливающийся перламутром активированный зрак.

– Гедеминас Артурас Заккараус и Карина Алессандра Радова, – провозгласил он.

И как-то сразу полегчало. На них все уставились, но Карине это почему-то понравилось. Никто не отпустил ни единого комментария, но по офонаревшим лицам мальчишек все читалось яснее ясного. И по не очень добрым лицам барышень тоже. Музыка летела со всех сторон, но Карина уже знала, что это четырехмерные фокусы акустики, а музыканты традиционно расположены на галерее. Ей очень захотелось танцевать.

Но прежде чем она успела сообщить об этом Митьке, на них налетел ароматный вихрь из четырех девчонок.

Все, как одна, хорошенькие, светленькие и в бело-розовых нарядах.

– Гедеминас! – завопили они хором. – Какая радость! Без тебя праздник был бы совсем не тот! Надо танцевать! О, я первая, я первая.

– Мить, кто это? – спросила Карина.

От девчонок рябило в глазах не меньше, чем от ее фейского трио.

– Это… – Митька покраснел, – Лидия, Катти, Семира и… Танзия из Школы словесников.