Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

- Не надо… - просипел Семибоярский. Грибовуха струйками стекала у него по подбородку. – Я всё скажу, только уберите эту пакость…

И указал глазами вниз, на трусы.

- Убери пока. - великодушно распорядился Егор. - Клиент всё осознал и готов к сотрудничеству.

Белёсые отростки послушно втянулись обратно в Жезл, сопровождаемые недовольным бурчанием Мартина. Семибоярский проводил их затравленным взглядом, глубоко, с сипением втянул в себя воздух и заговорил.

***

- А он не настучит? – спросила Татьяна. Она не отрывала взгляд от двери, за которой скрылся «клиент».

– Вот пойдёт сейчас с коменданту и закатит скандал!

- Не решится. – покачал головой Егор. – Не тот типаж – хитрый, расчётливый, трусоватый. К тому же, крепко держится за своё место, а после такого скандала его не только в Московском филиале – и в Твери терпеть не станут, и в Сколкове. Да и в Новосибирске спрятаться от позора не получится: в наше время ничего не скроешь, а в университетской среде – в особенности.

В Тверь после Зелёного Прилива перебрался Московский Университет, и за два десятка сумасшедших лет, последовавших после этой катастрофы, город превратился в главный научный центр Российской Федерации, подмявший под себя чуть ли не всю фундаментальную науку страны.

Его крупнейшие филиалы прочно обосновались в Сколкове и Новосибирске, не считая, разумеется, самого известного, Московского филиала, расположенного, как и сотню почти лет назад, на Воробьёвых горах, в знаменитой сталинской высотке.

- К тому же - свидетели где? – вкрадчиво осведомился Мартин.

– Нет ведь свидетелей! А наплести что угодно можно…

Егор согласно кивнул – свидетелей, и правда, нет. Как и вообще любых доказательств того, что заговорщики подвергли уважаемого доцента Семибоярского допросу. Насквозь незаконному и нарушающему права человека, которые в отличие от остальной территории Леса в ГЗ соблюдались довольно строго.

- А что нам оставалось? – осведомился Егор. – По-хорошему он говорить не хотел, вот и пришлось…"

"Действительно, застигнутый на жареном, Семибоярский хоть и испугался, но сразу начал возмущаться, пугать незваных гостей дисциплинарными взысканиями, изгнанием из ГЗ и прочими карами.

К счастью, к подобному развитию событий они подготовились заранее.

- Ничего не оставалось. – не стала спорить девушка. – Только Семибоярский ведь этого не забудет. Пакостить начнёт, а возможности у него – о-го-го!

- У него возможности, а у нас плёночка. – Егор потряс в воздухе ФЭДом.