Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— И чем вам только приглянулась моя конура? — хмыкнул Камбов. — Может, мы найдём вам помещение получше? На верхнем этаже есть чудесная комната с окнами на город."

"— Знаете, Семён Иванович, а ведь и правда нехорошо, что я постоянно занимаю ваш кабинет. Давайте вы его мне насовсем отдадите? А сами переедете в ту комнату с чудесными видами.

Камбов поворчал, но всё же согласился. Было видно, что его такой вариант очень даже устраивает.

Мы быстро добрались до казармы опричников. Я пошёл в уже свой кабинет подновлять «ловчую сеть», а Камбов отправился за неожиданным гостем.

* * *Барон Майгель оказался бледным типом с лошадиным лицом. Одет он был в чёрный дорожный камзол и скрипящие лакированные туфли. Губы его недовольно кривились, будто он только что съел лимон, а глаза смотрели злобно и презрительно. В общем, достаточно неприятная на вид личность.

Камбов впустил гостя в комнату, а сам прикрыл дверь и замер около неё, положив руку на рукоятку «громобоя» на поясе.

Посетитель ему не нравился, и опричник лично собирался обеспечить мою безопасность.

— Добрый вечер, ваша светлость! — барон поклонился.

— Добрый вечер, барон. Присаживайтесь.

«Ловчая сеть» вокруг него качнулась, показывая Талант немалой силы. К тому же обладающей какой-то странной особенностью. Будто в плотном облаке пряталось что-то стальное и острое. Опасное и злое, вызывающее смутную тревогу. Я не стал отбрасывать это ощущение и на всякий случай усилил собственную защиту.

— Итак, барон, зачем вы хотели меня видеть?

— Ваша светлость, мне поручили передать вам конфиденциальное послание. — он недвусмысленно покосился на Камбова. — Очень конфиденциальное, предназначенное только для вас.

— Можете говорить свободно, — я откинулся на спинку стула. — Своим людям я доверяю полностью.

— Как пожелаете, ваша светлость, — он пожал плечами. — Но всё же нам лучше было бы поговорить наедине.

Я никак не отреагировал на эти слова, продолжая смотреть на барона.

Тот пожевал губами, помялся и начал говорить:

— Ваша светлость, как вы знаете, в Петербурге нынче неспокойно. А дела в империи весьма расстроены. Многие думающие люди находят такое положение совершенно невозможным.

Барон острым взглядом следил за моей реакцией, но я старался смотреть без эмоций и никак не реагировал на его слова.

— И эти думающие люди, пекущиеся о благополучии России, полагают причиной этого фаворитов императрицы.